Анна Каренина. Не божья тварь

И тут она очень кстати вспоминает, что однажды при точно таких же обстоятельствах она уже как-то говорила мужу, что за ней ухаживал некий молодой человек. Но сказать это она постаралась так, чтобы ее поведение при этом выглядело вполне невинным. И ей это вполне удалось, и тогда муж уверил ее, что она ни в чем не виновата, поскольку, "живя в свете, всякая женщина может подвергнуться этому, но что он доверяется вполне ее такту и никогда не позволит себе унизить ее и себя до ревности".

Вот и удобный предлог, чтобы не говорить! Ведь муж сам уверил ее когда-то, что такое может случиться с каждой порядочной женщиной и не по ее вине.

Как же удобно, что на свете есть люди, которые тебе доверяют - в нужный момент манипулятор сумеет переложить на них ответственность за собственную вину. Вот спросит муж: да как же так, почему же ты мне ничего не сказала, почему не предупредила, почему поставила меня в такое трудное положение? А она ему в ответ с чувством незамаранного достоинства: так ты сам виноват, ты же сам сказал мне, что доверяешь и что могу подвергнуться, вот я и подверглась невинно!

"Стало быть, незачем говорить? Да, слава богу, и нечего говорить", - сказала она себе.

*

Итак, весь день она проводит дома, и дома, напоминаю, ей очень хорошо. Никакой тоски по Вронскому, никаких воспоминаний о нем. Вронский, рассудила она, это обычный светский инцидент, "один из обычных ничтожных случаев светской жизни".

Ей легко и спокойно. Она с удовольствием ждет мужа домой. Он приезжает. Она горячо встречает его. Он спрашивает, что говорят в Москве о его новом законоположении, которое он провел. Эта тема очень его интересует, и он просил жену разузнать об этом. Но оказывается, что Анна напрочь забыла о его просьбе... Но, разумеется, он прощает ей эту маленькую оплошность. И вообще она очень мила с мужем, она находит его хорошим, правдивым, добрым человеком: "Все-таки он хороший человек, правдивый, добрый и замечательный в своей сфере, - говорила себе Анна, вернувшись к себе, как будто защищая его пред кем-то, кто обвинял его и говорил, что его нельзя любить. - Но что это уши у него так странно выдаются! Или он обстригся?"

Перед кем же она его защищала? Кто мог обвинять его? Кто мог сказать, что его нельзя любить? Да она сама и обвиняла. Зачем она это делала? Да совесть нечиста. Но заметим главное: хороший, правдивый, добрый... Это правда. Алексей Александрович именно таков. И он за это еще поплатится.

4. Встреча у княгини Бетси

"Она не может вести двойную жизнь, в отличие от другой героини романа, княгини Бетси. Ее правдивая и страстная натура не допускает обмана и тайн".

Ложь Набокова

Псевдокритики любят утверждать, что Анну погубило в том числе и отношение к ней Вронского - дескать, отношение его к ней было самое пошлое и заурядное, и дескать, такой недалекий человек, как Вронский, и не мог понять всей глубины ее израненного, стосковавшегося по большой и настоящей любви сердца. И в доказательство любят приводить вот эту цитату:

"В его петербургском мире все люди разделялись на два совершенно противоположные сорта. Один низший сорт: пошлые, глупые и, главное, смешные люди, которые веруют в то, что одному мужу надо жить с одною женой, с которою он обвенчан, что девушке надо быть невинною, женщине стыдливою, мужчине мужественным, воздержанным и твердым, что надо воспитывать детей, зарабатывать свой хлеб, платить долги, - и разные тому подобные глупости. Это был сорт людей старомодных и смешных. Но был другой сорт людей, настоящих, к которому они все принадлежали, в котором надо быть, главное, элегантным, красивым, великодушным, смелым, веселым, отдаваться всякой страсти не краснея и над всем остальным смеяться".

Да, на момент знакомства с Карениной Вронский именно таков. Обычный полковой ухарь, который якшается с полковыми же пьяницами и их замужними любовницами, да ездит с визитами до поздней ночи. Да и за самой Анной он начал столь страстно ухаживать вовсе не из-за вспыхнувшей любви к ней - никакой любви в нем не вспыхивало. Да, ее красота его очаровала, но еще больше прельстило его положение Анны в свете - ухаживать за высокопоставленной замужней женщиной считалось высшим шиком для офицера, это придавало ему веса и блеска в глазах окружающих. Однако чем глубже, чем серьезнее становится его чувство к Анне, тем более он меняется, а вместе с ним и его представления о жизни: он живет с одною Анной, не изменяя ей; он хочет обеспечить будущее своих возможных детей; он начинает приумножать свои деньги разумным ведением хозяйства и так далее.