Анна Каренина. Не божья тварь

Эта ее нездоровая подозрительность и маниакальная потребность искусственно, на пустом месте нагнетать тревогу и беспокойство и вообще ей присущи, но на этот раз еще и нужны ей для самооправдания. Ведь должен прийти друг Вронского Яшвин. Вскружить голову очередному обожателю! Узнав, что придет Яшвин, она испытала привычный ей неудержимый зуд соблазнения, тут же забыв о трагической встрече с сыном: его слезы, его крики, его страдание - все это в одну минуту выскочило у нее из головы. А чтобы Вронский не уличил ее в непозволительном, неприличном кокетстве, она и придумывает себе всю эту историю с якобы разлюбившим Вронским и, как всякий патологический лжец, сама начинает верить в нее. Теперь у нее есть хорошее оправдание: я старалась понравиться вовсе не ему, а тебе, но кто же виноват, что и ему я понравилась тоже?

...Очень скоро ее болезненная подозрительность и потребность в искусственном нагнетании тревоги окончательно разовьются в тяжелое нервное заболевание, усугубленное наркотической зависимостью, и жизнь с ней превратится для Вронского в пытку...

Однако гость вот-вот явится! И вот, не оставляя своих болезненных домыслов о нелюбви Вронского, она вдруг стала торопливо прихорашиваться, занявшись своим туалетом даже больше, "чем все эти дни", как будто находясь в полной уверенности, что "он мог, разлюбив ее, опять полюбить за то, что на ней будет то платье и та прическа, которые больше шли к ней".

Вронский и Яшвин входят. Вронский видит забытые Анной на столе карточки ее сына и начинает задумчиво их рассматривать. Она быстрым движением отбирает у него карточки и смотрит на него "значительно блестящими глазами", как бы намекая, что в его отсутствие с ней произошло что-то ужасно трагическое. В первые же секунды она очаровывает Яшвина (это замечает и Вронский) и приглашает его на обед. На этот же обед она пригласила и свою родственницу - ту самую никем не уважаемую старую деву княжну Облонскую, приживалку, которая за деньги составляет Анне единственную в Петербурге компанию.

Приезжает и Тушкевич, любовник княгини Тверской; он привозит от Бетси извинение, что та не сможет приехать проститься, но зато просит Анну заехать к ней - причем в часы, когда Анна уже не сможет ни с кем встретиться в ее доме. Это откровенное нежелание подруги компрометировать себя знакомством с ней разжигает в Анне затаенную злобу. Ну что ж, Анна знает, как отомстит ей. И вот она вовсю кокетничает с Яшвиным, а также с... Тушкевичем!

Обед заканчивается внезапным решением Анны ехать в оперу - очарованный ею Тушкевич обещает достать ложу. Ехать вместе с Яшвиным и Тушкевичем, разумеется. Во-первых, ей надо закрепить свой успех у Тушкевича. Во-вторых, скомпрометировать Тушкевича в глазах его любовницы Бетси. В-третьих, она уверена, что в оперу приедет и ее муж... Ну и, в-четвертых, отчего бы не продемонстрировать всем этим людям, что она лучше их и что она плевала на все это общество? О последствиях же своего эпатажа она и не думает. Вернее, она уверена, что это сойдет ей с рук - наверняка никто не посмеет открыто выразить ей свое негодование. Ведь кругом воспитанные люди, не так ли?

Вронский в шоке. Он не понимает странного поведения Анны. Он настолько возмущен ее неразумным решением, что впервые испытывает против нее досаду и даже злость. Зачем она стремится столь откровенно противопоставить себя обществу? Ведь как только она разведется с мужем и выйдет за него, они смогут снова вернуться в свет! Так зачем же настраивать общество против себя, зачем же провоцировать в нем гнев, зачем ехать в оперу, да еще в таком... э-э... откровенном наряде?!

"Если б он сказал ей прямо то, что он думал, то он сказал бы: "В этом наряде, с известной всем княжной появиться в театре - значило не только признать свое положение погибшей женщины, но и бросить вызов свету, то есть навсегда отречься от него".

В этот момент Вронский чувствует, как уважение к ней начало заметно в нем уменьшаться. И, как ни странно, стало заметно увеличиваться осознание ее красоты: в этом наряде - наряде погибшей (т.е. падшей, т.е. развратной) женщины - она чудо как хороша!

Нет, он не поедет.

Что ж. Она уедет без него.

И она уезжает. За ней следом едут Яшвин с Тушкевичем.

Вронский сидит дома. Он твердо решил не ехать. Его раздирает досада и злость. Через какое-то время приходит страх за Анну: она там одна, ее могут обидеть... поехать за ней?

Он приезжает к концу первого акта. Войдя в театр, он незаметно оглядывается - он ищет в толпе Алексея Александровича. Но, к его счастью и к великому облегчению Вронского, его здесь нет.

"Вронский еще не видал Анны, он нарочно не смотрел в ее сторону. Но он знал по направлению взглядов, где она". Итак, все смотрят на Анну... Кончится ли добром?.. Наконец и Вронский поднимает глаза на ее бенуар. И, глядя на нее, Вронский вдруг чувствует, что ее красота, привлекая его еще больше, теперь оскорбляет его. "Она не смотрела в его сторону, но Вронский чувствовал, что она уже видела его".