Архив Шерлока Холмса. Сыскная полиция

— Если бы не эти странные припадки, — заметил Беннет, — я бы сказал, что он находится просто в отменной форме. Я не помню, чтобы он когда-нибудь был таким энергичным и здоровым, как физически, так и умственно. Но это не он, это совсем не тот человек, которого мы знаем.

— Я думаю, вам нечего бояться. По меньшей мере, ближайшую неделю, — сказал на это Холмс. — У меня много дел, да и Ватсона ждут его пациенты. Давайте договоримся, что встретимся здесь же в это же время во вторник. И я очень удивлюсь, если к тому времени, когда мы с вами снова расстанемся, мы будем не в состоянии объяснить, что происходит, или даже положить конец вашим неприятностям. А пока держите нас в курсе событий.

Несколько дней подряд я не видел своего друга, а в понедельник вечером получил от него короткое послание, в котором он просил меня на следующий день встретиться с ним в поезде. Из его рассказа по пути в Кэмфорд я понял, что никаких особых происшествий не произошло, в доме профессора царил мир, и сам он вел себя совершенно спокойно. То же самое мы услышали и от мистера Беннета, который вечером заглянул в наш номер в «Шахматной доске».

— Сегодня ему пришло письмо от его лондонского знакомого. Письмо и небольшой пакет. Оба помечены крестиком под маркой, поэтому я их не вскрывал. Больше ничего существенного.

— Этого и так достаточно, — мрачно произнес Холмс. — Итак, мистер Беннет, я думаю, сегодня ночью все решится.

Если мои выводы верны, у нас появится возможность ускорить развитие дела. Для этого нам придется установить наблюдение за профессором, поэтому я хочу, чтобы вы сегодня ночью не спали и были начеку. Если услышите, что он идет мимо вашей двери, не останавливайте его, а идите за ним как можно осторожнее, так, чтобы он вас не заметил. Мы с доктором Ватсоном будем неподалеку. Между прочим, где находится ключ от той шкатулки, о которой вы рассказывали?

— Он носит его у себя на цепочке для часов.

— Думаю, наше расследование может пойти в этом направлении. В крайнем случае, я не думаю, что замок там чересчур сложный. В доме еще есть крепкие мужчины?

— Конюх Макфейл.

— Где он спит?

— В комнате рядом с конюшней.

— Он может нам понадобиться. Итак, нам остается только ждать развития событий. До свидания… Я думаю, до завтра мы с вами еще увидимся.

Была почти полночь, когда мы заняли позиции в кустах прямо напротив парадной двери профессорского дома. Ночь была приятная, но прохладная, поэтому очень кстати оказались наши теплые плащи. Дул свежий ветер, по небу плыли облака, время от времени проглядывал полумесяц. Ожидание могло показаться унылым, если бы не возбуждение, охватившее нас, и не заверения моего друга, что загадочное дело, которое привлекло к себе наше внимание, близится к развязке.

— Если моя версия о девятидневных циклах верна, сегодня мы увидим профессора в полной красе, — сказал Холмс. — То, что эти странные симптомы начали проявляться после его поездки в Прагу, то, что он тайно переписывается с обосновавшимся в Лондоне чехом, который, вероятно, работает на кого-то в Праге, и то, что сегодня он получил от него пакет, все это говорит об одном и том же. Какое именно снадобье он принимает и с какой целью, нам пока неизвестно, но тот факт, что все это каким-то образом исходит из Праги, не вызывает сомнения. Он принимает его по предписанию каждые девять дней, и это было первое, на что я обратил внимание. Однако его симптомы крайне необычны. Вы заметили, какие у него суставы на пальцах?

Я вынужден был признаться, что не заметил.

— Грубые, мозолистые. Ничего подобного раньше мне видеть не приходилось. Первым делом всегда смотрите на руки, Ватсон. Потом на манжеты, брюки на коленях и обувь. Очень интересные суставы! Такие суставы могут появиться, только если передвигаться, как… — Холмс на секунду замолчал и вдруг хлопнул себя ладонью по лбу. — Господи, какой же я идиот, Ватсон! Это просто невероятно, но наверняка это так! Ведь все указывает именно на это! Как же я мог упустить эту связь? Суставы! Как я мог не подумать о суставах! А собака! А плющ! Нет, мне точно пора отправляться на маленькую ферму, о которой я так давно мечтаю. Но тише, Ватсон. Это он! Может быть, нам повезет, и мы все увидим сами.

Парадная дверь дома медленно открылась, и в образовавшемся светлом прямоугольнике мы увидели долговязую фигуру профессора Пресбери. Он был в домашнем халате. Сделав шаг вперед, профессор остановился. Свет лампы, горящей у него за спиной в прихожей, позволил нам рассмотреть, что он стоял, чуть-чуть наклонившись вперед и покачивая перед собой руками, точь-в-точь, как тогда, когда мы видели его в последний раз.

Потом он вышел на аллею, ведущую к дому, и с ним произошла поразительная перемена. Он опустился, уперся руками в землю и пошел дальше на четвереньках, припрыгивая время от времени, словно от переизбытка силы и энергии. Таким образом он прошел вдоль фасада здания и завернул за угол. Как только он скрылся, из двери выскользнул Беннет и, мягко ступая, последовал за ним.