Бальзак. Одинокий пасынок Парижа

Сахарный диабет. В отношении Бальзака ни в одном литературном труде об этом грозном заболевании не сказано ни слова. Тем не менее не приходится сомневаться, что в общем «букете» хворей диабет у Оноре всё-таки присутствовал. Хотя бы потому, что факторами риска этого заболевания являются все без исключения моменты, присущие гипертонической болезни, и плюс сама артериальная гипертензия. Основу же обеих напастей, как уже доказано, составляет высокий уровень холестерина в крови. Но кто об этом тогда знал – только догадывался.

Тем не менее некоторые симптомокомплексы заставляют думать, что Бальзак, помимо прочего, страдал и сахарным диабетом. Во-первых, как мы помним, в последние годы жизни у него отмечались проблемы с глазами. Что это было, теперь сказать сложно. Можно, конечно, предположить, что жалобы были связаны с обычным переутомлением, ведь романист много работал. Да, и такое могло быть. Но, судя по бальзаковской переписке, всё выглядело намного серьёзнее, ведь Оноре из-за проблем с глазами не мог по нескольку дней писать. И это при том, что при «переутомлении» достаточно нескольких часов, чтобы войти в обычную норму. Следовательно, Бальзака беспокоило что-то другое.

Похоже, именно так. И если у него действительно был сахарный диабет, в таком случае можно предположить наличие поражения сосудов сетчатки глаза – так называемой диабетической ретинопатии. Клинически это могло проявляться в виде глазных болей, а также размытости и нечёткости при чтении и мелкой работе. Так что – бедный Оноре, ему было нелегко.

Впрочем, поражение сетчатки глаза – не единственное, что может быть при диабете. Намного страшнее – распространённая диабетическая ангиопатия. При нарушении качественной работы миокарда (сердечной мышцы) рано или поздно возникают трофические нарушения тканей – прежде всего, в области нижних конечностей; появляется склонность к формированию так называемых трофических язв. Не удивляйтесь, но это именно наш случай. Если ещё имеется ангиопатия, то ситуация усложняется в разы; сахарный диабет – настоящий катализатор любого заболевания. Незначительный с виду ушиб на ноге способен привести к фатальному исходу – гангрене и сепсису. От них Бальзак и умер.

* * *

Но мы забежали вперёд. Пока пациент по фамилии де Бальзак балансирует на грани жизни и смерти. Здесь важна каждая мелочь, порой способная склонить чашу весов в ту или иную сторону. И Оноре борется до последнего. В минуты, когда ему становится лучше, он пытается мобилизовать силы и всю свою волю, начинает беседовать и даже рассуждать о политике. Иногда шутит, правда, ему это плохо удаётся. Бальзак понимает: надежда умирает последней.

Через месяц после Готье дружеский визит больному наносит Виктор Гюго, о чём вспоминал: «Он был весел, полон надежд, не сомневался в выздоровлении, со смехом показывал на свою припухлость. Мы много говорили и спорили о политике. Он упрекал меня в демагогии. Сам был легитимистом»{588}.

Теперь многое зависит от врачей. Уж как повезёт.

Не повезло. В начале августа удача окончательно отвернулась от этого человека, роковым образом начав обратный отчёт. В один из дней (5 августа) Оноре случайно ударился о ножку стола. Вскрикнув от боли, присел. Но боль оказалась не самым страшным испытанием: из раны хлынула… вода (читай – лимфа. – В. С.). Рану быстро обработали, перевязали; больного вновь уложили в постель.

Вскоре после случившегося Оноре продиктовал письмо своему поверенному Огюсту Фессару: «Кресло, которое вам так хорошо известно, больше не для меня. Я остаюсь в постели, сиделки помогают мне совершать телодвижения, необходимые для жизни, от которой у меня осталось только имя. Моя жена уже не справляется с тем, что взвалила на свои плечи. Наконец, страшные боли причиняет абсцесс на правой ноге. Все это я говорю для того, чтобы вы поняли, до чего дошли мои страдания. Полагаю, что все это цена, назначенная Небесами за безграничное счастье, которое дала мне моя женитьба»{589}.