Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919

Характерно для настроения слободы, что в 1919-м военкомом служит совершенно чужой человек, из неблизкой губернии.

Известно, что Иван Скорицкий¹⁴² активно участвовал в восстании, так что бежавших в Донскую область можно считать как раз участниками, и, вероятно, на ведущих ролях, Руднянского восстания. В памяти местных остался и такой поворот взаимоотношений. Два приятеля, житель Разливки Трофим Плахотин, приказчик у помещика Медведева, и сын руднянского купца Дмитрий Баланин, служили в одной части в годы Первой мировой войны. Плахотин вспоминал: «Пришел приказ о демобилизации меня и Баланина. Накануне отъезда он явился ко мне и хотел, чтобы я дал ему пулемет, так как собрался перейти на сторону Петлюры. Я не знал, кто такой Петлюра, но оружие не доверил». Видимо, произошла ссора. Трофим Плахотин вернулся в родное село в конце 1917 г. и стал первым председателем Разливского сельского совета. А Баланин в 1918 г. стал руководить подпольным повстанческим штабом в Рудне. Он располагался в доме напротив почты. Плахотин же пришел в Рудню из недалекой Разливки по делам пешком, еще не зная о восстании. Люди Баланина его захватили и привели в штаб, Баланин отсутствовал. Плахотин быстро сориентировался – заявил, что прислан от жителей Разливки узнать, какие планы у восставших и чем помочь. Получив какой-то наказ по развитию восстания, Плахотин отправился домой. Как вспоминал впоследствии, почти всю дорогу бежал и прятался оврагами, несколько дней скрывался в лесу. Потом ему рассказывали, как был взбешен его обманом Баланин¹⁴³.

Согласно советской сводке, в Рудне, Нижней Добринке и других селениях вспыхнуло восстание и сформирован партизанский отряд из саратовских крестьян. При появлении в районе Рудни советской власти он присоединился к казакам и вместе с ними отошел в район Ореховки – станицы Островской¹⁴⁴. Таким образом, восставшие ушли в Донскую область.

Уроженец Рудни генерал-лейтенант Ф.А. Дубовской пишет, что «после поражения в Рудне белогвардейцы отступали и прибыли в Ильмень. Здесь они призывали жителей вступить в их ряды, грозили сжечь село. Председатель Руднянского волостного исполнительного комитета Василий Иванович Плющенко и часть жителей ушли в лес». Якобы «белогвардейцы перерыли железнодорожное полотно напротив сельской улицы Вильховки», чтобы устроить крушение красного бронепоезда, шедшего из Балашова. Однако полотно успели отремонтировать¹⁴⁵.

В день восстания отряд Мартемьянова, разделившись надвое, повел наступление на Рудню. Слободу окружили с севера и востока и с близкой дистанции открыли орудийный и винтовочный огонь «по митингу восставших контрреволюционеров, проходившему около церкви, вместе с духовенством». Несколько снарядов попали в кирпичную стену церкви, несколько убитых осталось на площади¹⁴⁶. Значительная часть жителей бежала из слободы, кто-то просто в поля, а кто-то ушел в Донскую область. По данным Луночкина, из слободы организованно ушло около 80 повстанцев, казаки угнали с собой около 70 лошадей. Всего слободу покинуло 10–15 процентов жителей, то есть многие сотни человек.