Воеводства и поветы на присоединенных территориях преобразовывались в губернии. В 1796 году территория, населенная белорусами, была поделена на три губернии: Белорусскую с центром в Витебске, Минскую с центром в Минске и Литовскую с центром в Вильне («столицы» губерний назывались губернскими городами). Очень скоро стало ясно, что новосозданные губернии получились слишком крупными и потому сложными в управлении. В 1802 году Белорусскую губернию разделили на Могилевскую и Витебскую, а Литовскую – на Гродненскую и Виленскую. Вдобавок были созданы два генерал-губернаторства – Белорусское, объединявшее Могилевскую и Витебскую губернию, и Литовское, в которое вошли Гродненская, Виленская и Минская губернии.
Зачем понадобилось дублировать власть, добавляя к губернаторам генерал-губернаторов?
Ответ прост – для ее усиления. Генерал-губернатор, как личный представитель императора, контролировал деятельность подведомственных ему губернаторов. Не принимая прямого участия в управлении губерниями, он обладал широкими полномочиями и мог решать любые вопросы – государево око и твердая рука.
Для белорусского крестьянства переход к России оказался экономически выгодным – уровень развития производственных отношений здесь был выше. Вместо барщины (панщины), принятой в Речи Посполитой, в России получил широкое распространение оброк, более выгодный для обеих сторон. К месту можно вспомнить пушкинские строки:
Барщина создавала множество возможностей для злоупотреблений. Помещики заставляли крестьян работать по 14–16 часов в сутки и нередко добавляли к барщине дополнительные дни под тем предлогом, что в положенное время крестьяне работали плохо и не сделали всего необходимого. Также «штрафные» дни назначались за различные провинности. Доходило до того, что некоторые крестьяне работали на помещика шесть дней в неделю и только в воскресенье могли заняться собственным хозяйством (а много ли сделаешь за один день?). Для крестьянина было гораздо выгоднее работать только на себя, отдавая помещику часть полученного урожая натурой или деньгами. Безземельным крестьянам оброк также был выгоден – вместо неприбыльной работы в помещичьем имении они уходили в города, где находили более выгодные промыслы. И с помещичьей точки зрения оброк был выгоднее барщины, но тем не менее замена барщины оброком шла медленно. Можно сказать, что в жизни белорусских крестьян ничего не изменилось, только те, кто исповедовал православие, перестали подвергаться религиозной дискриминации. Новым гражданам Российской империи предоставлялись налоговые льготы – на два первых года они освобождались от уплаты подушного налога и земского сбора, основных государственных налогов, а в последующее десятилетие выплачивали половинную ставку подушного налога.
Со шляхтой дело обстояло сложнее. В Речи Посполитой (а главным образом в Польском королевстве) дворян было на порядок больше, чем в России, Австрии или Пруссии – 10–12 % населения против 1 %. Так вот сложилось.
С 1800 по 1866 год издавались сенатские указы и законы, касавшиеся подтверждения шляхтичами своих дворянских прав. Наиболее значимым стал закон «О разборе шляхты в Западных губерниях и об упорядочении такого рода людей» от 9 октября 1831 года. Суть всех документов сводилась к тому, что дворянство должно подтверждаться согласно законам Российской империи. Мы не станем вдаваться в детали этой «геральдически-юридической» суеты, а только скажем, что «разбор» воспринимался шляхтой как ущемление ее исконных прав, и что несмотря на все принятые меры процент дворянства оставался в западных губерниях высоким. Вот данные 1857 года по губерниям: Виленская – 6,04 % населения, Витебская – 3,80 %, Гродненская – 4,69 %, Минская – 6,03 %, Могилевская – 4,19 %[83].