Смысл французского оккупационного управления сводился к бесконечным требованиям рекрутов, лошадей, продовольствия и фуража. То, что не отдавалось добровольно, отнималось принудительно. Вдобавок французские солдаты без стеснения занимались мародерством. Все это, вкупе с военными неудачами наполеоновской армии, вызвало угасание профранцузских настроений среди лояльной части белорусского общества. Что же касается крестьян, то они уходили в леса, где создавали партизанские отряды и начинали восстанавливать справедливость – грабили тех, кто отнимал у них последнее (к слову заметим, что своим помещикам тоже доставалось изрядно – крестьянский бунт беспощаден). Антифранцузские настроения в крестьянской среде умело использовало российское правительство. 18 июля Александр I, находившийся тогда в Полоцке, подписал манифест о созыве народного ополчения.
22 июля 1812 года Первая и Вторая Западные армии соединились в Смоленске. 4–5 августа произошла ожесточенная Смоленская битва, в которой французы потеряли около 15 000 человек. Смоленск пришлось оставить, но миф о непобедимости французов был развеян окончательно и, что было наиболее ценным, в тылу наполеоновской армии начал разгораться пожар народной войны. Партизаны были гораздо страшнее регулярных войск – они нападали внезапно, из ниоткуда, не брали пленных и уничтожали то, что не могли забрать с собой. Наполеон уже понял, что его «победительная» авантюра становится опасной, и потому попросил захваченного в плен генерал-майора Павла Тучкова сообщить в письме к его старшему брату Николаю, командиру Третьего пехотного корпуса Первой Западной армии, о желании французского императора заключить мир. Завуалированное предложение было проигнорировано.
О том, что было дальше, знает каждый школьник. Пришел Кутузов, прогнал французов, а на обратном пути за них взялись генерал Мороз и генерал Голод. 7 октября 1812 года французы оставили Полоцк, 26 октября – Витебск, 4 ноября – Минск, 9 ноября – Борисов, а 12 ноября – Могилев. С учетом темпов передвижения того времени, это было не отступление, а бегство. Завершающим аккордом стало сражение на берегах реки Березины, правого притока Днепра, состоявшееся 28–29 ноября 1812 года. Сначала русские обстреляли из пушек огромную толпу французов, собравшуюся у переправы, а затем добили оставшихся в живых. Потери французов, по разным оценкам, составили от 21 000 до 29 000 солдат и около 30 000 небоеспособных лиц (безоружных, раненых и больных солдат, а также гражданских). Наполеон, сумевший избежать пленения, увел за Березину 9 000 солдат. Это было все, что осталось от Великой армии[87].
Беларуси эта война принесла огромные бедствия – дважды через ее территорию с боями проходили интервенты, а в промежутке между наступлением и отступлением они активно грабили население. По приблизительной оценке, ущерб, нанесенный в ходе войны западным губерниям, составил около 52 миллионов рублей серебром. Сельское хозяйство пришло в упадок. Но самыми горькими потерями были людские. Полной статистики не велось, но известно, к примеру, что население Минска уменьшилось за время войны почти в три раза – с 11 200 до 3480 человек. Вряд ли в других городах было иначе.
Надо отдать должное Александру I: он повел себя как мудрый правитель, для которого высшие интересы государства важнее сведения счетов. Он всемилостивейше простил всех, кто сотрудничал с французами, и отменил начавшуюся было конфискацию владений коллаборационистов.
Относительно либерального Александра I принято сравнивать с его братом и преемником Николаем I, которого традиционно обвиняют в деспотизме (прозвище «Николай Палкин» говорит само за себя). Но деспоту Николаю на протяжении большей части правления приходилось расхлебывать кашу, заваренную его старшим братом. Если кто думает, что свободолюбивая шляхта оценила царский «реверанс»[88] по достоинству, то глубоко ошибается. Уступки всегда и везде считаются признаком слабости. Ответом на императорскую милость стало восстание 1830–1831 годов, которое в польской историографии называется русско-польской войной (реже – Ноябрьским восстанием).
Восстание 1830–1831 годов
К Беларуси русско-польская война 1830–1831 годов имеет самое прямое отношение, поскольку она проходила под лозунгом восстановления исторической Речи Посполитой в границах 1772 года.