Читаем Беларусь. Полная история страны полностью

Короче говоря, давайте будем сдержанны и уважительны в своих оценках, научимся отличать главное от второстепенного и будем помнить, что из песни не выкинуть сло́ва, а из истории – тех, кто ее творит.

Расцвет белорусской культуры в xix и начале xx века

XIX век стал периодом роста национального самосознания белорусов, что в первую очередь проявлялось возрастающим интересом к национальной культуре, к собственным корням. Началось масштабное научное осмысление истории белорусов и углубленное изучение белорусского культурного наследия. Определенный толчок этим процессам дал так называемый «западнорусизм» – концепция, согласно которой белорусы считались частью (этнографической группой) общерусского народа. Но русский белорусу все же не отец, а брат, и белорусы стремились это доказать. Впрочем, в некотором смысле деятельность западнорусистов оказалась полезной, ведь они активно собирали белорусский фольклор и составляли белорусские словари. Пусть на основании этого материала делались неверные выводы, но главное не в выводах, а в собранном материале.

Видный западнорусист Иван Иванович Носович (белорус из Могилевской губернии, сын православного священника) издал во второй половине XIX века ряд фундаментальных этнографических трудов, которые не потеряли своей актуальности по сей день – «Сборник белорусских пословиц» в двух томах (1867; 1869), «Словарь белорусского наречия» (1870) и «Сборник белорусских песен» (1873). Другой сторонник западнорусизма, Евфимий Федорович Карский, одно время бывший ректором Императорского Варшавского университета и главным редактором журнала «Русский филологический вестник», написал ряд работ о белорусском языке: «Обзор звуков и форм белорусской речи» (1885), «О языке так называемых литовских летописей» (1894) и др., а также трехтомный труд «Белорусы» (1903–1922), посвященный изучению белорусского языка и народной словесности.


Евфимий Карский


Николай Никифоровский


Витебчанин Николай Яковлевич Никифоровский, автор «Очерков простонародного житья-бытья в Витебской Белоруссии и описания предметов обиходности», вместе со своими помощниками собрал 2 356 частушек, сборник которых вышел в 1911 году, уже после смерти этнографа. 2 356 частушек, собранных буквально по крупицам! Титанический труд.

Белорусская литература постепенно выходила за рамки простого бытописательства и становилась сложной, многогранной, многослойной. Вектор творчества белорусских писателей и поэтов второй половины XIX века был направлен внутрь – они писали о своем для своего народа.


Франциск Богушевич


Франциск Бенедикт Казимирович Богушевич (участник восстания 1863–1864 годов), был поляком, но творил на белорусском и польском языках. Богушевич считается одним из основоположников новой белорусской литературы, а его призыв «Не пакідайце ж мовы нашай беларускай, каб ня ўмёрлі» из предисловия к сборнику стихов «Дудка белорусская» (1891) стал девизом белорусов. Другой сборник поэзии Богушевича называется «Смык белорусский» (1894). Оба сборника, по понятным причинам, издавались за пределами Российской империи, первый – в Кракове, а второй – в Познани. Сборники предварялись предисловиями, в которых проявился публицистический дар Богушевича.


Алоиза Пашкевич


Алоиза Степановна Пашкевич, известная под псевдонимом «Тетка», создала два поэтических сборника «Крест на свободу» (1905) и «Скрипка белорусская» (1905), а также книгу для детей «Первое чтение для детей-белорусов» (1906). «Ее лирика столь же исключительно идейна, но с бо́льшими, чем у Богушевича, хоть, в целом, и с небольшими описаниями природы, которые… на службе у той же идейности, – писал о творчестве Пашкевич литературовед Максим Горецкий. – Революционное настроение Богушевича более широкое и менее открытое. У Тетки оно более открытое, но более узкое, социально-политическое».

Викентий Иванович Дунин-Марцинкевич написал несколько стихотворных баллад – «Гапон» (1854), «Посиделки» (1855), «Купала» (1855) и др., – в которых прозвучали фольклорные мотивы, пьесу «Еврейский рекрутский набор» (1840) и двухактную комическую оперу «Селянка». Так было положено начало белорусской драматургии[106]. Для того чтобы войти в историю, этого хватило бы с лихвой, но вдобавок Дунин-Марцинкевич перевел на белорусский язык поэму Адама Мицкевича «Пан Тадеуш», причем перевел блестяще, если не сказать – виртуозно. Белорусский перевод настолько близок по духу к оригиналу, что можно подумать, будто его создал сам Мицкевич.

Традиции, заложенные «Театром Дунина-Марцинкевича», созданным им в имении Луцинка, продолжила Первая белорусская труппа Игната Буйницкого, основанная в 1907 году.


Памятная монета Национального Банка Республики Беларусь, выпущенная к двухсотлетию со дня рождения Викентия Дунина-Марцинкевича


Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Пётр Львович Вайль , Александр Александрович Генис , Петр Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
История России. XX век. Как Россия шла к ХХ веку. От начала царствования Николая II до конца Гражданской войны (1894–1922). Том I
История России. XX век. Как Россия шла к ХХ веку. От начала царствования Николая II до конца Гражданской войны (1894–1922). Том I

Эта книга – первая из множества современных изданий – возвращает русской истории Человека. Из безличного описания «объективных процессов» и «движущих сил» она делает историю живой, личностной и фактичной.Исторический материал в книге дополняет множество воспоминаний очевидцев, биографических справок-досье, фрагментов важнейших документов, фотографий и других живых свидетельств нашего прошлого. История России – это история людей, а не процессов и сил.В создании этой книги принимали участие ведущие ученые России и других стран мира, поставившие перед собой совершенно определенную задачу – представить читателю новый, непредвзятый взгляд на жизнь и пути России в самую драматичную эпоху ее существования.

Андрей Борисович Зубов , Коллектив авторов

История / Образование и наука