Белорусские народные сказки

— Жива, жива! А ты как? Долго ты что-то ходил. Я уже думала, тебя там волки съели или медведи задушили, в мох затащили да хворостом забросали.

— Нет, бабка, и волки не съели, и медведи не задушили, а принес я хлеба-соли — хватит на всю нашу жизнь вдосталь. Садись, старуха, за стол.

Вынул дед из-за пазухи торбочку, положил на стол и сказал что следует.

Баба так и вытаращила глаза: не только все на столе явилось, но даже и сама хатка посветлела…

— Откуда ты, старик, это взял?

— Дал тот журавль, которого ты застрелить велела.

— Ай-ай! — схватилась за голову баба. — Зачем же стрелять такого славного журавля?

Наелась баба, напилась и говорит деду:

— Давай позовем гостей.

— Каких?

— А всех, кому есть нечего.

— Зови, — согласился дед.

Пошла баба по селу, созвала всех бедняков.

Понравилась гостям волшебная торбочка. Каждый день стали они теперь ходить к деду и бабе угощаться.

Проведал о волшебной торбочке панский приказчик и рассказал пану.

— Не может того быть, чтоб какой-то нищий ел и пил лучше, чем я! — разозлился завистливый пан.

Запряг он лошадей в бричку, поехал к деду.

— Правда ли, — спрашивает, — что у тебя есть такая торбочка, что сама кормит?

Дед врать не умел и сказал правду.

— Покажи мне ее.

Положил дед торбочку на стол и велел ей раскрутиться.

Пан прямо остолбенел — такого жареного да вареного даже его повара не приготовят!

Пристал пан к деду:

— Отдай мне эту торбочку. Зачем тебе такие панские блюда? А ко мне и князья в гости приезжают. Я их угощать буду.

— Нет, — говорит дед, — не могу отдать: кто же тогда будет кормить меня с бабой?

Пан говорит:

— Я пришлю тебе целый воз простой еды: хлеба, картошки, сала…

Как пристал пан к деду — ничего не поделаешь.

— Не отдашь по доброй воле — заберу по неволе, да еще плетей получишь.

Ну, а с паном разговоры короткие. Что ж, согласился дед и отдал ему торбочку.

Вернулся пан в свое поместье, живет себе там, веселится, что ни день гостей созывает — торбочка верно служит ему. А про деда с бабой пал даже и не вспоминает.

Ждал, ждал дед от пана уплаты за торбочку, да так и не дождался.

— Может, он про уговор и забыл, — говорит баба. — Ступай, дедуля, напомни пану.

Пошел дед к пану, а тот — где там! — и говорить не хочет.

— Нет у меня для вас хлеба. Идите милостыню просить!

— Коли так, то отдай, паи, мою торбочку, — говорит дед.

— Ах ты такой-сякой! — закричал пан. — Покажу я тебе торбочку! Эй, гайдуки[9], всыпьте-ка этому попрошайке двадцать пять плетей, чтоб больше сюда не ходил!

Схватили гайдуки деда, избили и за ворота выбросили.

Воротился дед домой. Рассказал бабе, какую он плату получил от пана. Погоревала баба, поругала пана и говорит деду:

— Ступай, старик, поищи того доброго журавля: не даст ли он тебе другую такую же торбочку.

Собрался дед и вышел в поле. Сел в просе и сидит.

Вдруг видит — летит журавль. Дед к нему.

— Так, мол, и так, братец журавль: отобрал у меня пан твою чудесную торбочку. Да еще его гайдуки избили меня плетьми. Как жить мне теперь с бабой? Может, дашь мне еще одну такую же торбочку?

Подумал журавль и говорит:

— Нет, не дам я тебе другой торбочки. Дам тебе лучше рог.

Полетел куда-то за кусты, потом воротился и принес в клюве серебряный рог.

— На тебе, — говорит, — вместо торбочки.

— А что ж с ним делать? — спрашивает дед.

— Сходи с этим рогом к пану и скажи: «Из рога всего много!» А когда ублаготворишь пана, то скажи: «Ох, все в рог!»

Сказал это журавль, взмахнул крыльями и полетел.

Покрутил дед в руках серебряный рог, подумал: «Видно, что-то мудреное дал мне журавль. Но как бы из-за этого рога новых плетей не заработать…»

Идет старик домой да все о роге думает — сходить ли с ним к пану или нет? Встречает по дороге панского приказчика.

— Где был, дед? — спрашивает приказчик.

— Ходил, панок, к знакомому журавлю.

— Что ж он тебе дал?

— Серебряный рог.

— Покажи.

Достал дед из кармана рог, показал приказчику.

— А что с ним делать? — спрашивает приказчик.

— Да ничего, — отвечает дед.

— Как это так — ничего? Ты что-то от меня скрываешь. Может, из него золото сыплется?

— Может и сыплется… Кто его знает.

— Так вели, чтоб из него золото посыпалось, — пристал к деду приказчик.

— Ты можешь, папок, и сам приказать.

— Как?

— Скажи: «Из рога всего много!»

— Из рога всего много! — крикнул жадный до денег приказчик.

И вдруг откуда ни возьмись выскочили из рога двенадцать хлопцев-молодцев с плетьми и давай бить приказчика.

Взвыл приказчик, просится:

— Уйми ты их, дед, а то до смерти забьют…

А дед со смеху покатывается:

— Не будь таким любопытным да завистливым. Не суй носа в чужое просо!

Избили хлопцы-молодцы приказчика до синяков.

Тогда дед говорит:

— Ох, все в рог!

И все хлопцы-молодцы вмиг назад в рог спрятались.

«О, теперь я знаю, зачем мне добрый журавль этот рог дал!»-усмехнулся про себя дед и двинулся в поместье к пану.

Приходит, а у пана полным-полно гостей. Все пьют, гуляют. Лежит на столе дедова торбочка.

— Что, дед, скажешь? — спрашивает пан.

— Пришел я, паночек, за торбочкой.