Безумие толпы. Как мир сошел с ума от толерантности и попыток угодить всем

Другие формы нового мужененавистничества представляются более безобидными. Например, существует термин «мэнсплейнинг» – он нужен для того, чтобы порицать каждый случай того, когда похоже, что мужчина заговорил с женщиной в покровительственной или высокомерной манере. Безусловно, каждый может вспомнить примеры того, как мужчины говорили именно таким тоном. Но многие люди могут также вспомнить моменты, когда женщины говорили с мужчинами точно так же. Или когда мужчина в покровительственном тоне обращался к другому мужчине. Тогда почему одной из таких ситуаций нужен свой особый термин? Почему не существует – и не используется – термин вроде «вумансплейнинг»? Или представление о том, может ли мужчина «мэнсплейнить» другому мужчине? Каковы обстоятельства, при которых можно считать, что мужчина свысока говорит с женщиной, потому что она женщина, а не потому, что она свысока говорит с ним? В настоящий момент нет никакого способа разобраться в этом – только женщина может кинуть этот снаряд в любое время.

Также существует концепция «патриархата» – идея того, что люди (главным образом в западных капиталистических странах) живут в обществе, устроенном в угоду мужчинам с целью подавить женщин и их умения. Эта концепция внедрилась столь глубоко, что всякий раз, когда о ней упоминают, она принимается как должное, словно идея о том, что современные западные общества построены вокруг – и существуют только ради удобства – мужчин, даже не нуждается в обсуждении. В статье 2018 года в женском журнале «Grazia», посвященной празднованию столетия с того момента, как женщины старше 30 лет в Британии получили право голоса, написано: «Мы живем в патриархальном обществе – вот и все, что мы знаем». Подтверждением этому факту служили «объективация женщин» и «нереалистичные стандарты красоты» – как будто мужчины никогда не подвергались объективации, а их внешность не подчинялась стандартам (заявление, с которым способны поспорить мужчины, которые были сфотографированы тайком в метро и фотографии которых оказались выложены в инстаграм-аккаунт «Читающие красавчики»). Согласно журналу «Grazia», «для нас патриархат скрыт», хотя его видимыми симптомами являются «отсутствие уважения, из которого проистекают разрыв в оплате труда и украденные карьерные возможности»[111]. Мужские журналы с радостью перенимают подобные идеи. Рассуждая о событиях 2018 года, мужской журнал «GO» с одобрением заявил, что в этом году «впервые в истории нас всех призвали к ответу за грехи патриархата»[112].

Худшим из мужененавистнических слоганов в новом лексиконе является словосочетание «токсичная маскулинность». Как и любое другое из подобных понятий, «токсичная маскулинность» зародилась на задворках гуманитарного академического сообщества и социальных медиа. Но к 2019 году она проникла в серьезные организации и общественные институты. В январе Американская ассоциация психологов (ААП) опубликовала свою первую инструкцию, посвященную тому, как ее члены должны обращаться с мальчиками и мужчинами. ААП утверждала, что 40 лет исследований показали, что «традиционная маскулинность, которой присущи стойкость, соревновательность, доминирование и агрессивность, подрывает мужское благополучие». Для устранения этих «традиционных» аспектов маскулинности ААП разработала новую инструкцию, направленную на то, чтобы помочь практикующим врачам «распознавать эту проблему у мальчиков и мужчин». ААП дала следующее определение традиционной маскулинности: «Особая совокупность стандартов, присутствующая у большой части населения, включающая в себя: неприятие женственности, амбициозность, нежелание показаться слабым, авантюризм, поведение, связанное с риском, и насилие»[113]. Это был лишь один из признаков того, что «токсичная маскулинность» проникает в повседневный дискурс.