И вот теперь генерал-фельдмаршал Кессельринг должен был ликвидировать этот мощный вражеский плацдарм на восточном берегу Рейна. В качестве нового главнокомандующего Западным фронтом он представлялся Гитлеру единственным подходящим военачальником, способным еще раз изменить судьбу Западного фронта.
После того как генерал кавалерии Вестфаль отчитался перед своим старым и новым главнокомандующим и тот в ходе поездок на фронт лично убедился в истинном состоянии называемых дивизиями их жалких остатков, генерал-фельдмаршал и его начальник штаба выехали в штаб 15-й армии. Там генерал пехоты фон Цанген отчитался перед ними о положении, сложившемся в 15-й армии. Генерал фон Цанген доложил о всех тех мерах, которые он принял для ликвидации плацдарма под Ремагеном. Численность войск противника на восточном берегу Рейна на Ремагенском плацдарме предположительно составляла две пехотные дивизии и одну танковую дивизию с подчиненными им и подтянутыми артиллерийскими соединениями.
Посещение Кессельрингом командования люфтваффе на Западном фронте 10 марта прошло так же неудовлетворительно, как и визит в штаб 15-й армии. Генерал авиации Шмидт доложил о воздушной обстановке, которая была просто катастрофической.
Ближе к вечеру этого удручающего дня генерал-фельдмаршал Кессельринг отправился в Эммерих, чтобы на командном пункте 1-й парашютной армии выслушать от генерала парашютных войск Шлемма печальные вести. Оба военачальника были знакомы еще по Италии. Генерал Шлемм доложил без прикрас, как обстояли дела, что противник занял весь западный берег Рейна и во время своих атак пользуется мощной поддержкой боевой авиации.
Затем генерал-полковник Бласковиц, командующий группой армий «Х», доложил главнокомандующему Западным фронтом о положении на своем участке фронта. И наконец, отчитался о положении дел на своем участке генерал пехоты Блюментритт, который, как командующий 25-й армией, вероятно, тоже должен был быть втянут в тяжелые бои, предстоявшие в недалеком бу дущем.
Когда генерал-фельдмаршал Кессельринг покидал командный пункт в Эммерихе, он почувствовал себя более уверенно. Парашютные войска и их командующий были в полном порядке и находились в отличном состоянии. Кессельринг полностью доверял командованию 1-й парашютной армии и самим этим войскам.
Затем последовали визиты в штаб группы армий «Г» (которой подчинялась одна 1-я армия) в Пфальце и в штабы 7-й и 1-й армий. Генерал-фельдмаршал Кессельринг представлял себе положение в этом районе следующим образом: «Сильная концентрация вражеских сил в районе Ремагена и перед 1-й армией по обе стороны от Саарбрюккена. Признаки сосредоточения крупных сил и средств на направлении главного удара американской 3-й армии перед правым флангом 7-й армии и перед 1-й парашютной армией. Постоянные атаки 1-й американской армии в южном направлении на Трир».
Об остальных участках фронта фельдмаршал метко выразился в своей лаконичной манере:
«Пренебрежение противником голландским фронтом (на участке 25-й армии), участком Рейна перед Рурской областью (5-я танковая армия) и фронтом на Верхнем Рейне (19-я армия).
Намерения противника: использование случайного успеха под Ремагеном и разделение Германии на Северную и Южную стремительным ударом из Ремагенского плацдарма на восток и установление связи с Советами.
Затем: широкомасштабное наступление на наш бастион Саар-Пфальц на западном берегу Рейна, чтобы разгромить группу армий „Г“ и тем самым обеспечить переправу через Рейн в качестве исходного плацдарма для операций против Южной Германии.
Далее: наступление англичан с целью форсирования Рейна на участке фронта 1-й парашютной армии и создание плацдарма с оперативными возможностями развития наступления в трех направлениях. За линией фронта наблюдаются явления развала». (См.:
Когда 15 марта Кессельринг был снова вызван в ставку фюрера, он без прикрас сообщил Гитлеру результаты своих наблюдений. Во время этого совещания у фюрера он добился разрешения отвести правый фланг 1-й армии от Западного вала.