Читаем Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир» полностью

При этом три соображения влияли на шаги, предпринимавшиеся президентом США. Во-первых, в администрации США понимали, что А. Шарон, тем более в сложившихся обстоятельствах, не будет склонен идти на существенные уступки, а давление, не приносящее результатов, лишь будет способствовать выхолащиванию статуса президента на ближневосточном направлении. Во-вторых, вице-президент Ричард Чейни и министр обороны Дональд Рамсфельд считали, что надеяться на какое-либо урегулирование с руководством ПНА контрпродуктивно; они в целом поддерживали анти-террористический курс правительства А. Шарона. В ходе встреч с Я. Арафатом госсекретарь К. Пауэлл так и не смог добиться никаких договоренностей, что принималось во внимание президентом. Однако, в-третьих, собираясь на новую кампанию в Ирак, Дж. Бушу-мл. и его приближенным было совершенно необходимо не настроить Саудовскую Аравию против себя, поэтому игнорировать требования наследного принца Абдаллы было невозможно. Принимая во внимание все эти факторы, президент США Дж. Буш-мл. решил не инициировать какой-либо переговорный саммит (память о фиаско Б. Клинтона в Кемп-Дэвиде была еще весьма свежа), а выступить с программной речью по Ближнему Востоку, в которой он смог бы изложить свое видение путей достижения мирного урегулирования между израильтянами и палестинцами[266]. Эту речь президент произнес 24 июня 2002 года.

Изначально предполагалось, что президент заявит о необходимости создания Палестинского государства во временных границах на основе принципов свободы и демократии, проведения реформы политических институтов, а также отказа от терроризма. Дж. Буш-мл. должен был призвать Израиль прекратить строительство поселений на контролируемых территориях, а также отвести свои войска на позиции, занимавшиеся ими до начала второй интифады, то есть до 28 сентября 2000 года. Президент США планировал потребовать от Израиля обеспечить палестинским арабам свободу передвижения, как в гуманитарных целях, так и для того, чтобы способствовать развитию палестинской экономики. При этом постепенно президент Дж. Буш-мл. стал приходить к мысли, что главный вопрос состоит не в том, создавать ли Палестинское государство, а в том, каким именно должно быть это государство. Дж. Буш-мл. хотел, чтобы палестинцы могли жить свободно и независимо без страха перед Израилем, но и без диктатуры своих коррумпированных лидеров, и эту тему он также хотел поднять. При этом среди американских руководителей не было единства мнений по данному кругу вопросов. Вице-президент Р. Чейни предлагал вообще не выступать с такой речью в разгар второй интифады. Госсекретарь Колин Пауэлл был обеспокоен тем, что из-за выступления, где явно осуждается Арафат, возникнет впечатление, что США пытаются определить, кто должен быть лидером арабского народа Палестины. Однако Кондолиза Райс, непосредственно курировавшая подготовку текста этого выступления, лично написавшая значительную часть его, сумела пролоббировать и то, что эта речь была произнесена, и то, что существенные изменения в нее не вносились[267].

Для мира на Ближнем Востоке необходимо «новое, иное, чем прежде, палестинское руководство», заявил Джордж Буш-мл. При этом американский президент подтвердил, что готов поддержать на определенных условиях создание независимого Палестинского государства, которое «может быть создано в течение ближайших трех лет». «Когда у палестинского народа появятся новые лидеры, новые институты и новые договоренности с соседями в области безопасности, Соединенные Штаты Америки поддержат создание такого палестинского государства, чьи границы и определенные аспекты суверенитета будут носить промежуточный характер вплоть до окончательного урегулирования на Ближнем Востоке», — заявил Буш, выступая в Розовом саду Белого дома. Что же касается смены лидера ПНА, то, по его словам, пришло время дать власть тем, кто еще не запятнал себя террором. При этом имя Я. Арафата президентом не было названо ни разу. Подчеркнув, что Израиль имеет право защищаться, Дж. Буш-мл. потребовал от Израиля вывести войска с территории ПНА и прекратить строительство домов в еврейских поселениях в Иудее, Самарии, Иорданской долине и секторе Газы. В конечном итоге, по мнению президента США, Израиль должен отступить к «безопасным и признанным границам», как и предусматривается в резолюциях Совета Безопасности ООН № 242 и № 888, указал президент[268].

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное