Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир»

5 июля 1995 года Муса Абу-Марзук прибыл в США, где был сразу же задержан в аэропорту им. Дж. Кеннеди вместе со своей женой, поскольку его имя было внесено в список лиц, подозреваемых в террористической деятельности. Его супруга была освобождена на следующий день, однако сам был оставлен под арестом. После того как о его задержании стало известно, суд в Иерусалиме вынес постановление о его аресте по подозрению в организации в первой половине 1990-х годов десяти террористических актов, которые унесли жизни 47 человек. Израиль направил США требование о выдаче Мусы Абу Марзука. Рассмотрев данный запрос, 8 мая 1996 года нью-йоркский окружной судья Кевин Даффи (Kevin Duffy) постановил, что М. Абу Марзук может быть экстрадирован в Израиль, так как участие М. Абу Марзука в подготовке террористических актов само по себе является достаточным основанием для его экстрадиции[193]. Однако опасаясь как проблем в отношениях со своими арабскими партнерами, так и террористических актов исламистов против американских граждан и объектов (один из руководителей ХАМАСа Махмуд аз-Захар заявил, что США не должны экстрадировать Мусу Абу-Марзука, «если они не хотят новых жертв»[194]), администрация не торопилась выполнять решение суда ее собственной страны. Одновременно с этим госсекретарь Мадлен Олбрайт в письме к генпрокурору Джанет Рено выразила озабоченность тем, что длительное пребывание Мусы Абу-Марзука на территории США может негативно сказаться на ключевых вопросах политики США на Ближнем Востоке и борьбы с терроризмом[195]. Американские руководители настоятельно посоветовали своим израильским партнерам по переговорам отказаться от требования выдачи М. Абу-Марзука, начав переговоры с лидерами арабских государств, которые были бы готовы принять его. По словам тогдашнего генерального прокурора США Джанет Рено (Janet Reno), решение правительства Израиля отказаться от экстрадиции Мусы Абу-Марзука было якобы связано со стремлением «возобновить нормальное течение мирного процесса и создать атмосферу, в которой от палестинцев можно будет ожидать противодействия терроризму»[196]. Как освобождение без суда ярого противника мирного процесса, являвшегося высшим руководителем организации, постоянно использовавшей террористические методы, могло способствовать развитию мирного процесса и противодействию террору, объяснить невозможно, однако лучших слов для прикрытия своего страха американские руководители того времени не нашли. 6 мая 1997 года Муса Абу-Марзук как свободный человек прибыл в Иорданию, позднее он перебрался в Сирию, и поныне оставаясь одним из руководителей непримиримого крыла антиизраильского сопротивления. Эти события продемонстрировали очень высокую степень готовности американских руководителей отступить перед лицом террористической угрозы, и палестинские руководители не могли не осознать это. Фактически готовность применять террористические методы для достижения своих политических целей сделала их неуязвимыми, американцы боялись с ними связываться, понимая к тому же, что это вызовет проблемы во взаимоотношениях с партнерами в странах арабо-мусульманского мира, прежде всего — с Саудовской Аравией.

Как американцы ни поддерживали Шимона Переса, в середине декабря 1995 года общавшегося с Биллом Клинтоном в Вашингтоне, а в середине марта 1996 года принимавшего его в Иерусалиме и Тель-Авиве с визитом солидарности в Израиле, не они голосуют на израильских выборах. Первые прямые выборы главы правительства Израиля всеми гражданами страны, прошедшие 29 мая 1996 года, Шимон Перес проиграл. Новым партнером Билла Клинтона по переговорам, хотел он того или нет, стал Беньямин Нетаньяху.

Глава 20Три года непрекращающегося давления: Б. Нетаньяху между Б. Клинтоном и Я. Арафатом, 1996–1999 гг.

Причины террористических актов, потрясших Израиль в феврале — марте 1996 года, Б. Клинтон, увы, так и не понял, о чем отчетливо свидетельствует сделанный им анализ. Вот что писал президент США: «В конце февраля 1996 года оказался под угрозой мирный процесс на Ближнем Востоке: два взрыва, организованные ХАМАСом, унесли жизни двадцати шести человек. Я подумал, что в преддверии выборов [sic!] в Израиле ХАМАС намеревался добиться поражения премьер-министра Переса и подтолкнуть израильтян к избранию премьером сторонника жесткой линии [sic!], который не захочет заключать мир с ООП»[197]. И далее: «Мирный процесс на Ближнем Востоке вновь оказался под угрозой, когда в начале марта в результате нескольких взрывов бомб, устроенных террористами ХАМАСа в Иерусалиме и Тель-Авиве, погибло более тридцати человек и еще множество было ранено… В своем телевизионном обращении к израильскому народу я говорил об очевидном [sic!] — о том, что террористы хотели убить не только ни в чем не повинных людей, но и растущую надежду на мир на Ближнем Востоке»[198].