Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир»

Задумаемся над тем, что представлялось «очевидным» президенту США: целью этих взрывов и нападений было не убийство израильтян, а убийство «мирного процесса», во-первых, и попытка почему-то повлиять на израильских избирателей таким образом, чтобы они проголосовали на выборах за считавшегося более «жестким» Беньямина Нетаньяху, а не за воспринимавшегося как склонного к уступкам Шимона Переса. Имея такую перспективу, невозможно в принципе объяснить никакие террористические акты: ни в США в сентябре 2001 года, ни в Лондоне в июле 2005 года никакого «мирного процесса» ни с кем не было, и выборов на горизонте не было тоже (в США до президентских выборов оставалось более трех лет, до парламентских в Великобритании — почти пять), что, однако, не предотвратило эти трагедии. Захват арабскими террористами школы в Маалоте в мае 1974 года, равно как и захват гостиницы «Савой» в марте 1975 года, произошли вне какого-либо «мирного процесса» и никак не перед выборами, однако эти нападения были среди самых жестоких и кровавых, какие только знал Израиль. Президент США не хотел понимать, что целью террора является, прежде всего, сам террор, убийство максимально возможного числа людей и деморализация того общества, против которого этот террор направлен, а с кем это общество и его политические элиты ведут какой процесс, боевиков интересует в последнюю очередь. Вывод Билла Клинтона о том, будто террористические организации своими атаками хотели «поддержать» Б. Нетаньяху в противостоянии с Ш. Пересом, не имеет ничего общего с реальностью. В США в сентябре 2001 года у власти был не глобалист-миротворец Альберт Гор, а победивший его на выборах в ноябре 2000 года Джордж Буш-мл., опиравшийся на поддержку неоконсерваторов; в Сенате между республиканцами и демократами был полный паритет (50:50), а в палате представителей республиканцам принадлежало большинство (219:210 при двух независимых депутатах). Если провести параллели с Израилем, то Дж. Буш-мл. и республиканцы идеологически всяко ближе к Б. Нетаньяху и «Ликуду», чем к Ш. Пересу и Партии Труда, однако самые кровавые теракты в истории США произошли именно в период правления республиканцев. Нигде и никогда в новейшей истории нет примеров поддержки террористами более жестких политических лидеров в противостоящих им обществах, если боевики и заинтересованы в том, кто будет во главе стана врага, то, естественно, склонный к большим уступкам лидер для них предпочтительнее. Сказанное отнюдь не означает, будто боевики ХАМАСа поддерживали Ш. Переса; главное, что их интересовало, — убивать израильтян, чем больше — тем лучше. Б. Клинтон сформулировал абсурдный тезис, который он объявил «очевидным» и в котором пытался убедить израильское общество, но оно верить в этот нонсенс было не готово.

Б. Клинтон, однако, был очень активен; за полгода второго премьерства Ш. Переса президент США дважды побывал в Израиле, и если первый визит был следствием трагической необходимости — участия в похоронах убитого главы правительства Ицхака Рабина, то второй имел главным образом политико-пропагандистское значение.