Близко, нежно, навсегда. Как создать глубокие и прочные отношения. Теория привязанности

Присутствие только с практической целью. Родители обращают на ребенка свое внимание, только когда хотят чему-то его научить. Дети понимают это послание как «Я буду с тобой, только если ты полезен и удобен».

Отсутствие телесного контакта. Я уже говорила, как важны для ребенка ласковые прикосновения. К сожалению, множество детей не получает этого. Вокруг может быть достаточно взрослых, а у ребенка все равно развивается избегающая адаптация, потому что ему не хватает доброты и нежности на физическом уровне. Он страдает от тактильного голода.

Игнорирование эмоций. Это значит, что взрослые недостаточно чувствительны к эмоциональным потребностям детей. Они или не отвечают ребенку вовремя и со вниманием, или вообще не дают ему эмоциональных стимулов. Дети ощущают постоянный недостаток отзывчивости, и это становится их главным опытом в отношениях.

Диссонанс выражения эмоций. Родители могут выражать мимикой не то, что чувствуют на самом деле. Например, улыбаться, когда грустят или злятся. Дети, которые постоянно с этим сталкиваются, тоже испытывают трудности с мимическим выражением своих чувств. У них часто бывают проблемы с пониманием, интерпретацией или отправкой социальных сигналов.

Неспособность к совместному времяпрепровождению. В некоторых случаях — например, если ребенок болен и не может участвовать в типичных занятиях, формирующих привязанность, — родители не получают стимулов, которые обычно вызывают у взрослых надежную привязанность. Это работает и в обратную сторону, когда родитель физически неспособен реагировать так, чтобы запустить в ребенке механизм надежной привязанности.

Отвержение. К сожалению, некоторые дети страдают от прямого неприятия родителями. Даже если отвержение не сопровождается открытой враждебностью, оно все равно оказывает на детей огромное воздействие, особенно когда регулярно присутствует в их жизни.

Повторюсь: каким бы ни было наше детство, мы адаптируемся к поведению значимых взрослых. Взаимодействуя с ними, с их нервной системой, мы формируем глубоко внутри представление об отношениях и вырабатываем стратегии поведения, подходящие для удовлетворения наших эмоциональных и социальных потребностей. Так у нас формируется первичная модель отношений, о которой я говорила во введении. Если, попросив о близости, мы встречаем игнорирование или отвержение, совершенно резонно, что мы постараемся меньше выражать свое стремление к привязанности. А если родители не отзываются подходящим образом на наши эмоциональные потребности, естественно, мы привыкнем рассчитывать только на себя, приучимся быть эмоционально автономными. Это отличается от нормального процесса развития, когда ребенок учится делать все больше вещей самостоятельно по мере взросления. Ведь некоторые вещи дети просто неспособны сделать или взять самостоятельно в столь раннем возрасте. Одно дело — быть самодостаточным взрослым, но, когда ребенку приходится быть самодостаточным, это совсем другое.

Я бы хотела поспорить с некоторыми книгами по теории привязанности, в которых пишут, что люди с тревожно-избегающим типом не хотят близости, что отношения им не нужны и нежеланны. Я совершенно не согласна с этим. По-моему, каждому человеку очень хочется любви и близости, и это глубинное желание напрямую связано с нашей врожденной способностью к надежной привязанности, какой бы стиль у нас ни сформировался позднее.

Возможно, мы выросли в среде, где отношения не были безопасными и поддерживающими, поэтому нам сложно позволить себе в присутствии других людей показать свою уязвимость. Но это вовсе не значит, что в глубине души мы не хотим контакта и близости. При избегающем типе привязанности мы можем сами не осознавать свое желание. Проработав травмы, связанные с игнорированием в детстве, мои клиенты обнаруживали, что хотят отношений не меньше, чем все остальные. Просто это всегда рискованно: открыться другому значит чувствовать невероятную уязвимость. Но повторю то, что я уже говорила множество раз: любой человек способен на надежную привязанность. Включая тех из нас, чья адаптация — избегающая.

Признаки тревожно-избегающего стиля

«Отрешенный», «в своем мире», «бесчувственный», «холодный», «замкнутый», «одиночка», «трудоголик» — это лишь некоторые эпитеты, которыми люди обычно описывают человека с избегающей адаптацией. Но давайте рассмотрим подробнее, как проявляется данный стиль (особенно у взрослых) и что за этим кроется.

Дискомфорт в отношениях и чувство собственной изолированности

Ясно, что те из нас, у кого сформировался тревожно-избегающий стиль привязанности, часто бывали изолированы от других людей.

Быть в одиночестве кажется нам естественным, и с возрастом у нас развивается сильное ощущение собственной отдельности.