Близко, нежно, навсегда. Как создать глубокие и прочные отношения. Теория привязанности

В этот раз упражнение с мячом было другим. Я взяла фитбол — большой мяч для занятий аэробикой, — открыла дверь и вышла из кабинета. Отойдя немного, я предложила Джеймсу представить, что мяч у меня в руках — это его друг Рон, и сказать, когда мне остановиться и начать катить мяч по коридору назад, к нему. Его заданием было отслеживать ощущения в теле, пока мяч постепенно приближался. Итак, когда Джеймс был готов, я медленно покатила фитбол в его сторону. Но стоило мне подойти совсем немного, как он сгорбился на стуле и вытянул руки вперед ладонями вверх, растопырив пальцы. Такую защитную позу мы используем, когда мы хотим кого-то задержать или оттолкнуть.

Но когда я спросила мужчину, что он думает о своей, казалось бы, очевидной физической реакции, он не понял вопроса. Сам он совершенно не заметил своего оборонительного жеста — вытянутых рук. А значит, эта защитная реакция все еще находилась в имплицитной, неосознаваемой памяти. Я обратила внимание клиента на этот жест, мы поговорили о том, что он может значить, и попробовали повторить упражнение. На этот раз Джеймс решил очень внимательно наблюдать за тем, что происходит с его телом. Я медленно покатила мяч, символизирующий друга, к Джеймсу, и примерно на том же расстоянии он отреагировал точно так же. Но на этот раз мужчина сумел заметить автоматическое движение своих рук. Он был поражен: «Я вижу! И правда похоже, что я не хочу подпускать Рона ближе. Но на самом деле мне он нравится, и я хочу с ним общаться!» Дело в том, что такая реакция на контакт не относилась к Рону; скорее всего, она была связана с какими-то событиями раннего детства.

Тогда я попросила Джеймса ссутулиться и вытянуть руки вперед, чтобы прочувствовать эту защитную позу. Он ощутил, как проявляется в теле потребность в личном пространстве, настолько сильная, что приходилось вот так защищаться от вторжения. Заметьте, мы не пытались отыскать за ней историю того, что случилось. Для предречевых переживаний это в любом случае было бы невозможно. У Джеймса не было никаких конкретных воспоминаний об угрозе или нарушении границ в раннем возрасте. В его случае было важнее определить именно эмоции и начать сознательно возвращать себе ощущение здоровых границ. Это восстановило бы и его способность к близости — сейчас и в будущем.

Поэтому мы с Джеймсом продолжили отрабатывать различные физические действия и словесные выражения, призванные обозначить границы. Например, вытянув вперед руки в защитном жесте, произнести «нет» или «уходи». Также мы тренировали сигналы, способствующие установлению привязанности, — например, раскрыть руки, показывая, что принимаешь другого человека и приглашаешь к контакту. Затем Джеймс чередовал их, привыкая к собственным ощущениям. Ведь в жизни нам нужны оба типа реакций: нам необходимо не только уметь физически и словесно отстаивать свои границы, но и быть способными подпустить кого-то ближе. В отличие от Кэти, Джеймсу требовалось скорее обнаружить и телесно запомнить вторые. Тренируясь, он сумел больше открыться дружбе на физиологическом уровне. В результате Джеймс стал менее замкнутым, начал получать больше радости от общения с Роном и постепенно сумел приоткрыть себе дверь и к другим отношениям.

Под влиянием паттернов привязанности мы можем совершать самые разные бессознательные действия. Важно научиться переключаться с защитных реакций на более доброжелательные, чтобы позволить любимым людям стать к нам ближе. И конечно, нам нужно четко отличать безопасное и сближающее поведение от угрожающего и нарушающего границы. Нашему телу нужно запомнить жесты, подходящие для обоих случаев.

Я рассказала про Кэти и Джеймса, чтобы у вас было некоторое представление о том, как я работаю с подобными адаптациями. Надеюсь, их пример воодушевит вас на творческий поиск своего уникального пути к исцелению. Не стесняйтесь придумывать новые интересные способы, как можно усилить собственное чувство безопасности и помочь близким людям с дезорганизованным типом привязанности.

Восстановление границ

Занятия, которые мы проводили с Кэти — пример работы по восстановлению у человека ощущения границ. Идеальный пример границы — наша кожа. Есть четкое различие между тем, что находится внутри нашего тела, и тем, что должно оставаться снаружи, и кожа прекрасно отделяет одно от другого. И в то же время она не жесткая, как металлические латы; если потребуется, она может пропустить что-либо внутрь или наружу. Она проницаема ровно настолько, насколько нужно: она впускает полезные вещи, например солнечный свет, который дает нам витамин D, а выпускает, например, пот. Но случись какое-то вторжение — скажем, вы порезали палец, — как организм активизируется, бросается на защиту, исправляет ситуацию самыми удивительными способами. Мы помогаем ему бинтами и швами, если потребуется, чтобы наша важнейшая граница оставалась целой. Это необходимо для исцеления и выживания.