Боб Дилан в СССР: люди, места, события

Поэтому, конечно, Церетели знал о приезде Боба Дилана в Тбилиси и не мог не устроить прием в честь высокого гостя. Торжество проходило в Багеби, доме художника в Тбилиси. Его описание я нашел в статье о Церетели, опубликованной журналом «Огонек» в 1996 году: «Стены – сплошь разноцветная мозаика, в окнах – витражи. В саду резвятся бронзовые музы, и изумрудная вода бассейна отражает их танец. Здесь бывали Маргарет Тэтчер и Адриано Челентано, Эдуард Шеварднадзе и мать Тереза. Прислуга работала в три смены, потому что в редкий день за столом собиралось меньше пятидесяти человек. Хозяйкой этого шумного дома была Инесса Андроникова, чей княжеский профиль позаимствовал для скульптуры „Матери-Грузии“ Элгуджа Амашукели. Тот, кто читал книгу „Владимир, или Прерванный полет“ Марины Влади, наверняка помнит фрагмент с описанием их с Высоцким шикарной свадьбы у „одного грузинского архитектора“. Влади случайно уронила рюмку, и широкой души хозяин смахнул со стола всю посуду. „Архитектором“ был Зураб Константинович, а посудой – фамильный столовый сервиз».

По свидетельству Зураба Какабадзе, дом Церетели в Багеби – особняк с участком, стоящий на возвышенности, а Багеби – в прошлом село прямо на окраине городского района Ваке. Сейчас это уже часть Тбилиси, дорога вверх ведет к селу, находящемуся на высоте 1 000 м над уровнем моря, и к самому престижному пригородному дачному поселению Цхнети, где еще с советских времен располагались правительственные и ведомственные дачи, частные дома советской партийной номенклатуры, а также научно-творческой элиты. С недавних пор село Цхнети также входит в Вакийский район города Тбилиси. Именно в этом доме в Багеби и было устроено застолье с Диланом.

Судя по рассказам очевидцев, прием не особенно удался. Конечно, стол был накрыт шикарный, по-другому быть не могло, и гости пришли уважаемые, и тамада был достойный. Вот только герой праздника был не в духе. Упомянутая мною ранее Саломе Асатиани в своей статье процитировала двух человек, высказавшихся на эту тему. Грузинский музыкальный продюсер Георгий Асанишвили сказал, что, когда он представляет «певца протеста» Дилана на даче Зураба Церетели, одного из самых могущественных и влиятельных деятелей советского пропагандистского искусства, он может это описать только как «театр абсурда». Но Георгий слишком молод, чтобы помнить визит Дилана; он знает о нем только из чужих воспоминаний.

А вот Ираклию Махарадзе, режиссеру-документалисту, было тогда уже 23 года, и он, по утверждению Саломе, был у Церетели. Присутствие Ираклия на приеме подтверждает и Зураб Какабадзе. «Я очень хорошо это помню: Боб Дилан в потрепанной футболке казался неприветливым, ворчливым человеком», – сказал Ираклий автору статьи. Ираклий утверждает, что на даче Зураба Церетели музыкант просто хмуро сидел, ковыряясь в еде, хотя в комнате шло настоящее грузинское застолье с привычными громкими и напыщенными тостами. За столом было около 20 человек – представителей писательского официоза и членов их семей. К сожалению, имен гостей Ираклий не помнит. Не называет он и имени тамады, отзываясь о нем лишь как об известном, уважаемом и честном грузинском поэте. И, похоже, угрюмый американский гость тамаду не впечатлил: «В какой-то момент тамада обратился ко мне: „Как же так, неужели его можно назвать таким же поэтом, как я?“ – спросил он, указывая на Дилана. Это заставило меня рассмеяться. Вероятно, он понятия не имел, кто такой на самом деле Боб Дилан». Есть мнение, что тамадой был уже известный нам Резо Амашукели, который водил Дилана в хинкальную. Или не водил? По утверждению Амашукели, после всего, что он сделал для Дилана, тот подарил ему свой диск с надписью «Гиганту – Резо Амашукели». Или не дарил? Как бы то ни было, диск со временем куда-то пропал и увидеть его, увы, не представляется возможным.

Кстати, вот еще один интересный факт. В 1992 году Зурабу Церетели под жилье и мастерскую в Москве было отдано бывшее здание Посольства ФРГ по адресу Большая Грузинская улица, 15. Само посольство ФРГ после объединения Германии переехало в просторное здание посольства ГДР. Вдоль фасада мастерской Церетели установил несколько своих монументальных скульптур, а само здание украсил фамильным гербом. Особняк Церетели подарило правительство России, а Зураб Константинович отдал российскому посольству в Грузии свой дом в Тбилиси. Поменялся, в общем. О доме ли в Багеби идет речь, мне, к сожалению, неизвестно.

Последнюю попытку узнать подробности приема в Багеби я предпринял, постаравшись связаться с самим Зурабом Церетели. Через цепочку знакомых и незнакомых людей мне удалось получить номер телефона его помощника Сергея. В интернете регулярно упоминается некто Сергей Шагулашвили, думаю, это был он. Мы поговорили, я задал вопрос, через неделю получил переданный через Сергея ответ от мэтра. Он состоял из одной фразы: «Нормально посидели». Позже, общаясь с моими новыми грузинскими друзьями, я узнал, что на этом приеме Зураба Церетели и вовсе не было, он уехал в Москву по делам. Это многое объясняет.