Читаем Бог и сатана. Борьба продолжается полностью

Кровь, истекшая из большой раны на лбу, по-видимому, вытекла до наступления смерти, а кровь из бока брызнула уже после нее. Рана в боку полностью соответствует размерам римского копья (48 мм на 15 мм). Удар поразил сердце, но через правый бок (что вполне естественно для римского солдата). В сражении левый бок солдаты защищали щитом, а правой рукой наносили удар. Уязвимым, незащищенным оставался правый бок, и поэтому римские солдаты обычно атаковали противника справа. Копье скользнуло над шестым ребром и вошло в межреберное пространство. Восстановив траекторию копья, доктор Пьер Барбе пришел к выводу, что оно, вероятно, вонзилось в перикард, полный серозной жидкости, и в правое предсердие, еще полное крови (отсюда истечение крови и воды, о котором пишет евангелист Иоанн). Если бы удар пришелся слева, он пронзил бы желудочки (здесь на трупе нет крови), и пролилась бы лишь вода.

Учитывая все сказанное, понимаешь досаду тех, кто заявляет, что удар копьем в сердце — всего лишь выдумка. Они считают, что «автор четвертого Евангелия» (который для них, разумеется, не является апостолом Иоанном) просто выдумал эту деталь, чтобы навести читателей на мысль, будто Христос своею смертью исполнил Писание, а точнее говоря, исполнил пророчество Захарии, сказавшего: «И они воззрят на него, которого пронзили» (Зах. 12: 10).

НЕСЛОМАННЫЕ КОСТИ

В 1968 году во время раскопок впервые был обнаружен скелет распятого человека. Речь идет о молодом мужчине, казненном во время первой иудейской войны, приблизительно в 70-м году. Мы даже знаем его имя: Иегоханан. Внимательно изучив кости распятого, доктор Нику Хаас из Иерусалимского университета смог определить, как именно он был пригвожден ко кресту. Стало ясно, что гвозди, вбитые в руки, были вбиты в запястья. Об этом свидетельствуют следы трения на лучевой кости, рядом с запястьем. Впрочем, доктор Барбе предполагал это еще в 1930 году. Пронзив запястье в том месте, которое называется «пространством Дестота», гвоздь задел нерв, который автоматически дает команду большому пальцу прижаться к ладони. Вот почему на Туринской плащанице мы не видим больших пальцев (378).

Однако то, что кажется несомненным в случае с Иегохананом, не обязательно совпадает с тем, что касается Христа. На последнем международном научном конгрессе по Туринской плащанице, проходившем в этом же городе 5–7 июня 1998 года, один из его участников отметил, что обычно большие пальцы (если человек не собирается что-то брать рукой) находятся за указательными, и потому вполне естественно, что они не видны на плащанице. Другой участник заявил, что гвоздь вполне мог войти в лучевую кость, не вызвав разрыва руки под весом тела. В недавних исследованиях тоже говорится нечто похожее, и потому надо признать, что пока не ясно, куда именно вбивались гвозди: в ладонь или в запястье.

Кроме того выяснили, где именно должен был пройти гвоздь, который пронзил обе ноги на кресте. У Иегоханана обе ноги были пронзены гвоздем в области пяток. Это известно потому, что кости еще держатся на гвозде. Но у Христа (как, конечно же, и у многих других) ноги были наложены одна на другую «в подошвенном изгибе, т. е. находились в том положении, которое принимают танцовщицы, чтобы ходить на пуантах». В таком положении появляется проход, который легко позволяет гвоздю пройти, не ломая костей (379), и тем самым в буквальном смысле сбывается пророчество, о котором Иоанн упоминает в своем Евангелии: «Кость его да не сокрушится» (Ин. 19:36).

МОНЕТЫ НА ГЛАЗАХ

В результате очень серьезных исследований, проведенных профессорами Туринского университета Байма Болоне и Нелло Балоссино, стало ясно, что во время погребения Христа на его глаза были положены римские монеты. На обычных фотографиях их почти не видно, но они отчетливо видны на объемных снимках, сделанных Джоном Джексоном при помощи видеокодека VP 8 (NASA). Впрочем, в их наличии нет ничего удивительного: здесь мы имеем дел с обычаем, широко засвидетельствованным различными археологическими находками, и его смысл, наверное, в том, чтобы веки мертвеца оставались закрытыми. Говорят, что в России так делают и по сей день (380).

После этого первого открытия некоторые исследователи даже заявили, что смогли определить, о каких монетах идет речь. Фрэнсис Филас из Чикагского университета Лойолы полагает, что монета на правом глазу — это дилептон, отчеканенный с именем императора Тиберия во время правления Понтия Пилата в 29–32 годах. Изображение довольно четкое, и даже видна опечатка: буква С вместо К в слове «кесарь». Потом археологи нашли две других похожих монеты с той же опечаткой. Используя технику наложения в поляризованном свете, Алан Вангер обнаружил семьдесят четыре точки соответствия между одной из этих монет и изображением на правом глазу Христа, тогда как для определения отпечатка пальцев достаточно лишь четырнадцати совпадений.

Что касается левого глаза, то здесь он же обнаружил семьдесят три точки соответствия с другой монетой, отчеканенной лишь в 29 году в честь Юлии, матери Тиберия.

Перейти на страницу:

Все книги серии Независимый альянс

«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы
«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы

Станислав Минаков, член Союза писателей России, Русского ПЕНа (Москва), лауреат международных литературных и журналистских премий, собрал свои эссе, статьи разных лет, посвященные военной теме в русской советской поэзии и песне, а также кинематографе. Эти произведения опубликованы, начиная с 2005 г., в сборниках, журналах, альманахах разных стран, а также на сайтах интернета, частично прочитаны — в разные годы — в качестве докладов на Международных конгрессах Фонда Достоевского «Русская словесность в мировом культурном контексте» и лекций в Белгородском государственном литературном музее, учебных заведениях Белгорода. Авторская орфография является значащей частью произведений.

Станислав Александрович Минаков

Публицистика / Литературоведение / Проза о войне
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

Автор этой книги, современный французский богослов, священник Франсуа Брюн, не боится ставить самые острые вопросы, непосредственно касающиеся каждого из нас: В чем смысл страдания? Что нам делать перед лицом собственного страдания и страдания близких? Как соотнести неизбежность страданий в этом мире и страдания Самого Бога, Страсти Христовы, с мыслью о том, что Бог есть Любовь? При этом автор на протяжении многим страниц спорит с представлением о Боге как о неумолимом правителе, требующем от нас страданий, с юридическим смыслом Страстей как некоего выкупа за грехи.Главная жизненная и мыслительная интуиция автора во всех его книгах — это абсолютная убежденность в том, что мы любимы Богом, безусловно и навсегда, что нам стоит лишь откликнуться на этот призыв ответной любовью, научиться любить, и наша жизнь чудесным образом преобразится. Как же тогда совместить тот факт, что мы любимы, с неизбежностью страданий? Почему в центре христианской картины мира, в которой Бог есть Любовь, стоит Крест и Страсти Христовы? Как одно совместимо с другим? Что такое спасение? Почему оно связано со Страстями? В чем наша роль в таком спасении и в той борьбе добра со злом, что совершается в мире?Над всеми этими вопросами мы можем начать размышлять, открыв эту книгу.

Франсуа Брюн

Религиоведение / Христианство
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже