Читаем Бог и сатана. Борьба продолжается полностью

Признаться, мне немного жаль тратить время и бумагу, чтобы опровергнуть измышления, о которых я собираюсь рассказать, но, к сожалению, всегда есть доверчивые читатели, которых смутят такие выдумки. Это немного похоже на все те «истинные жизнеописания» Христа, которые появляются в результате медиумических сеансов, путешествий за пределы собственного физического тела к так называемым «хроникам Акаши», в результате «автоматического письма» — одним словом, всех тех явлений, которые действительно существуют, но которыми легко злоупотребляют всевозможные шарлатаны и всяческие ясновидцы. Значит, об этом надо сказать хотя бы два слова.

Время от времени озвучивается одна особенно смешная гипотеза, а именно мысль о том, что Туринская плащаница — не что иное, как произведение Леонардо да Винчи. Эта глупость существует в нескольких вариантах. С точки зрения одного «искусствоведа», участвовавшего в исследовательской комиссии 1976 года, странности изображения на плащанице объясняются художественным приемом «sfumato», который, как известно, очень любил Леонардо и суть которого заключается в растушевке всех контуров (386). Линн Пикнет и Клайв Принс считают, что Леонардо уже в свою эпоху открыл принцип фотографии и использовал его в Туринской плащанице, оставив нам не лик Христа, а свой автопортрет (387). Однако для всех этих гипотез существует одно затруднение: о плащанице знали уже в 1389 году (когда ее впервые стали показывать верующим), а Леонардо да Винчи родился только в 1452 году. Следовательно, надо выдумать историю с подменой, которую не заметили, а значит, надо признать, что плащаница, которую сегодня почитают в Турине, — не та, которую когда-то показывали в деревне Лире! По существу, нет совершенно никаких оснований отстаивать эту гипотезу, но как же можно сомневаться, что создателем плащаницы был Леонардо, если в сеансе «автоматического письма», устроенного Линн Пикнет, он сам сообщил ей об этом, да еще и подписался — «Леонардо»?!

Есть еще одна проблема: если это действительно дело рук Леонардо, то как объяснить наличие пыльцы на плащанице, а также отпечатков растений, монет на глазах, сгустков крови и т. д.? Получается, что тогда Леонардо обнаружил и маленькие отверстия в форме буквы L в уже упоминавшемся нами «молитвенном кодексе» и понял всю их важность. Главный недостаток всех этих объяснений в том, что они частичны и не учитывают всей полноты выявленных особенностей плащаницы.

А теперь вкратце приведем несколько особенно забавных примеров, к которым мы обратились только ради того, чтобы показать, что не стоит слепо верить какому-нибудь очередному «исследователю». Уже давно известна гипотеза профессора Броха, который считает, что изображение на плащанице — это просто отпечаток, появившийся в результате наложения полотна на рисованный барельеф. Особенно «смачный» вариант этой гипотезы разрабатывает некто Маккроун, которого иногда называют большим американским специалистом по плащанице. Он считает, что опечаток возник от живого человека, обрызганного охрой. Добавим, что Маккроун уже осрамился, когда карту канадского побережья, датированную приблизительно 1440 годом, т. е. задолго до путешествия Христофора Колумба, он сам датировал как подделку XX века и к тому же настаивал на справедливости этой датировки. Есть и такие, кто считает, что Туринская плащаница — это всего лишь простыня, появившаяся во время эпидемии чумы (389). Другие утверждают (разумеется, ссылаясь на некое абсолютно подлинное свидетельство какой-то внеземной цивилизации), что следы крови на плащанице говорят лишь об одном: на самом деле Христос не был мертвым, но переполошившийся Ватикан поспешил заменить настоящую плащаницу на копию. Третьи отмечают, что очертания кровяного пятна, возникшего после удара копья, в точности соответствует профилю Людовика XVI, а четвертые вдруг обнаружили, что прожженные места на плащанице и сделанные заплатки поразительно напоминают сатанинские личины! (390). Сразу видно, какие выводы из всего этого можно сделать.

СХОДНЫЕ СЛУЧАИ

Прежде чем перейти к рассмотрению серьезных гипотез формирования Туринского изображения, отметим, что в мире есть несколько редчайших примеров, очень похожих на Туринскую плащаницу.

В конце XIX века, ведя раскопки в Египте, археологи обнаружили в гробнице Антиноя льняное полотно, покрывающее лицо женщины, умершей две тысячи лет назад. На этом полотне сохранился очень четкий отпечаток ее лица, и было решено, что он, наверное, появился в результате воздействия на полотно ароматизирующих веществ.

О трех других весьма необычных случаях сообщает Артур Лот. В 1871–1872 годах в Булене (департамент Эндр) после смерти молодой женщины на подушке остался бледно-розовый отпечаток ее лица. 12 июня 1902 года об этом случае было напечатано в «Journal des débats».

Перейти на страницу:

Все книги серии Независимый альянс

«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы
«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы

Станислав Минаков, член Союза писателей России, Русского ПЕНа (Москва), лауреат международных литературных и журналистских премий, собрал свои эссе, статьи разных лет, посвященные военной теме в русской советской поэзии и песне, а также кинематографе. Эти произведения опубликованы, начиная с 2005 г., в сборниках, журналах, альманахах разных стран, а также на сайтах интернета, частично прочитаны — в разные годы — в качестве докладов на Международных конгрессах Фонда Достоевского «Русская словесность в мировом культурном контексте» и лекций в Белгородском государственном литературном музее, учебных заведениях Белгорода. Авторская орфография является значащей частью произведений.

Станислав Александрович Минаков

Публицистика / Литературоведение / Проза о войне
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

Автор этой книги, современный французский богослов, священник Франсуа Брюн, не боится ставить самые острые вопросы, непосредственно касающиеся каждого из нас: В чем смысл страдания? Что нам делать перед лицом собственного страдания и страдания близких? Как соотнести неизбежность страданий в этом мире и страдания Самого Бога, Страсти Христовы, с мыслью о том, что Бог есть Любовь? При этом автор на протяжении многим страниц спорит с представлением о Боге как о неумолимом правителе, требующем от нас страданий, с юридическим смыслом Страстей как некоего выкупа за грехи.Главная жизненная и мыслительная интуиция автора во всех его книгах — это абсолютная убежденность в том, что мы любимы Богом, безусловно и навсегда, что нам стоит лишь откликнуться на этот призыв ответной любовью, научиться любить, и наша жизнь чудесным образом преобразится. Как же тогда совместить тот факт, что мы любимы, с неизбежностью страданий? Почему в центре христианской картины мира, в которой Бог есть Любовь, стоит Крест и Страсти Христовы? Как одно совместимо с другим? Что такое спасение? Почему оно связано со Страстями? В чем наша роль в таком спасении и в той борьбе добра со злом, что совершается в мире?Над всеми этими вопросами мы можем начать размышлять, открыв эту книгу.

Франсуа Брюн

Религиоведение / Христианство
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже