Бог и сатана. Борьба продолжается

Самое лучшее описание этого хитона, или туники находится в протоколе от 14 сентября 1932 года, составленном по случаю подготовки к ее показу, который намечался в 1934 году. В своем рассказе я обращаюсь к труду Франсуа Ле Кере, но вынужден ограничиться лишь кратким изложением, в ходе которого мы увидим, что скорее всего речь идет о той тунике, в которую был облачен Христос во время бичевания и поношения. «Когда же насмеялись над ним, сняли с него багряницу, одели его в собственные одежды его и повели его, чтобы распять его», — повествует св. Марк (Мк. 15:20).

В своем нынешнем состоянии туника не целостна и имеет много дыр. Она пришита к белой шелковой ткани. Основная ее часть — это спина, ворот, плечи, рукава и нагрудник. Три других куска дополняют переднюю часть. Основная часть — от ворота до низа спины — составляет 0, 95 метра, а между крайними точками рукавов — 1 метр. Сами рукава имеют в длину всего 10 сантиметров. Сохранившаяся часть переда очень небольшая: от шейного выреза до низа она составляет всего 31 сантиметр. Два куска по 35 сантиметров немного удлиняют переднюю часть по бокам. Между этими кусками отсутствует широкая передняя часть. Исходя из древних описаний туник, мы видим, что у имеющейся туники внизу недостает целой полосы — как спереди, так и сзади.

Туника соткана из шерсти, окрашенной в темно-коричневый цвет. Речь идет не о пурпуре, а о чем-то таком, что в ту пору было более привычным: марене или другом красителе. Более темные пятна — это, по-видимому, кровь.

Кропотливое исследование туники позволяет говорить о том, что она была цельнотканой, включая рукава, т. е. не имела швов. Речь идет об особом методе тканья, не утраченном на Востоке.

ИСТОРИЯ ТУНИКИ, ИЛИ ХИТОНА

Первый текст, в котором говорится о том, что у Христа был хитон, это, конечно, Евангелие от Иоанна: «Воины же, когда распяли Иисуса, взяли одежды его и разделили на четыре части, каждому воину по части, и хитон; хитон же был не сшитый, а весь тканый сверху. Итак сказали друг другу: не станем раздирать его, а бросим о нем жеребий, чей будет, — да сбудется реченное в Писании: „Разделили ризы мои между собою, и об одежде моей бросали жеребий“» (426).

В древности действительно существовал обычай оставлять одежду приговоренных к смерти их палачам. Иоанн в первую очередь упоминает именно хитон и делает это потому, что, как он сам говорит, видит в этом исполнение библейского пророчества, но, может быть, еще и потому, что он знает: хитон не разорвали, его сохранили, и он хочет засвидетельствовать будущим поколениям происхождение этой одежды.

Скажем еще раз: наверное, когда-нибудь научные исследования позволят нам с достаточной достоверностью узнать, является ли эта реликвия подлинной, потому что, к сожалению, ее история очень туманна (по крайней мере, до ее появления в Аржантёе). Есть, конечно, некоторые древние документы, но все они перепутаны и лишены какой-либо целостности. Григорий Турский (умер в 594 году) рассказывает, что, по его сведениям, этот хитон находился в деревянном сундуке в предместье Галата, расположенном приблизительно в ста пятидесяти милях от Константинополя. С другой стороны, Фредегар Схоластик (умер около 658 года) утверждает, что хитон находился в Яффе, близ Иерусалима, и что несколько епископов торжественно перевезли его в Иерусалим. Получается, что кто-то из них не прав, потому что оба сразу правыми быть не могут. Может, Григорий Турский спутал Галату в Болгарии с Галатой — кварталом Константинополя, что лежит к северу от Золотого рога? В любом случае ясно одно: византийские императоры очень старались собирать в своей столице все реликвии, которые содействовали укреплению их авторитета.

Древняя предание гласит, что этот хитон или тунику Карл Великий даровал своей дочери Теодраде, настоятельнице монастыря в Аржантёе, а сам он якобы получил его в дар от императрицы Ирины Византийской. К сожалению, до сих пор не нашлось ни одного текста, который засвидетельствовал бы факт этого дара. Тем не менее это было вполне возможно: ведь мы знаем, что велись переговоры о возможном браке между Карлом и этой императрицей. В Константинополь приезжали послы, а в апреле 803 года — как сообщают «Анналы королевства франков» — они вернулись, «нагруженные духовными дарами, напоминающими о Христовых страстях». Эйнхард, летописец царствования Карла Великого, уточняет, что император получил различные дары в Аахене, Зальцбурге и Риме. В старом мартирологе города Аржантёй говорится о ежемесячно совершаемом богослужении об упокоении души Карла Великого — «в памятование о тех благодеяниях, которыми он обогатил монастырь и особенно о нешвенном хитоне Господа нашего Иисуса Христа, принесенном из Рима».

Все это как будто косвенным образом подтверждается отрывком из хроники Джона Флета, который был настоятелем Вестминстерского аббатства в 1457–1465 годы. Перечисляя реликвии аббатства, Джон упоминает и частицу Святого Хитона из Аржантёя (подарок Карла Лысого).