Бог и сатана. Борьба продолжается

К рождеству 1940 года у Натуццы неожиданно загноилась правая подмышка. Доктор Доменико Наккари вскрыл нагноение, перевязал рану, и, заметив, что над левой грудью имеется кровавый выпот, сделал бандаж, скрепив его в двух местах, так что вся повязка шла от одной подмышки к другой, закрывая грудь. Когда наступило время перевязки, он снял бандаж и с удивлением увидел, что в том месте, где бинт закрывал сердце, появились слова незаконченной молитвы. Когда же он в положенное время снимал вторую повязку, на том же месте он увидел ее продолжение. Потом это повторялось еще четыре или пять раз. Молитва была обращена к Младенцу Иисусу. Доктор Наккари поставил подпись на каждом бинте, а потом их взяла на хранение сестра Паолина, аббатиса приюта Непорочного Зачатия, находящегося в Вибо-Валентии (196).

В 1942 году Натуццу приютила Джузеппа Реттура, ее бабушка по материнской линии, хотя сама она по-прежнему продолжала заботиться о младших братьях и сестрах. Несколько раз она просила священников помочь ей вступить в религиозную общину, но всякий раз ее отговаривали (197), а между тем уже подступил ее брачный возраст. Женихов было много, но она не испытывала никакого желания выходить замуж.

Натуцца, медиум на включении

Наконец, Натуцца влюбилась в молодого человека — столяра Паскуале Николаче, и 14 августа 1943 года, когда ей исполнилось девятнадцать лет, они поженились. Брак был заключен по доверенности, потому что в это время жених служил в армии. Церковное благословение молодые получили только двенадцатого января следующего года в церкви Святой Марии в Паравати (198). Некоторое время Натуцца боялась, что, выйдя замуж, нарушила Божью волю.

Через пять дней их совместной жизни, 17 января в три часа пополудни Натуцца, войдя в экстаз, увидела перед собой Мадонну, Христа и святого Иоанна. Перепугавшись, она начала плакать, и тогда Христос сказал ей: «Почему ты плачешь?». «Я подумала, — ответила она, — что, выйдя замуж, я больше не достойна твоей любви, — мне не надо было этого делать…».

«Я всегда любил тебя, — ответил Господь, — и буду любить еще больше, если ты исполнишь свой долг жены и матери. Но смотри: я даю в твои руки свежие, благоухающие цветы — и горе тебе, если ты не сумеешь их сохранить» (199).

Интересная деталь: Натуцца говорит, что пока длилось это видение, комната была омыта голубоватым светом, а когда Христос исчез, в домике послышались далекие раскаты грома. Это наверняка заинтересует всех специалистов в области НЛО и внеземных цивилизаций — особенно тех, кто во всех религиозных феноменах видит лишь стремление параллельных миров обмануть нас, используя наши религиозные верования. Что касается меня, то я уже имел возможность убедиться: наши умершие родственники, по-видимому, связаны с внеземными сущностями (200). Но не надо все валить в одну кучу. В рассказе, который я только что привел, речь идет лишь о явлении, а не материализации, а когда Натуцца начала видеть мертвых, она сначала увидела Христа, Святую Деву и различных святых, причем не всегда этому сопутствовали раскаты грома. Можно сказать, что практически вся ее жизнь полна таких видений, и, как мы увидим, ее беседы со Христом и Святой Девой продолжались даже тогда и особенно тогда, когда она переживала Христовы страдания. Когда же, встретившись с нею во второй раз, я спросил, не думает ли она, что, как считают некоторые, ангелы и внеземные сущности — одно и то же, она тотчас ответила: «Между ними нет ничего общего!».

Когда началась война и молодого мужа призвали в армию, Натуцца пошла работать горничной к Анне Лауреани. Случаи транса и гемографии продолжились и даже усилились, становясь все более впечатляющими.

Но в это время проявилось и нечто новое: Натуцца стала впадать в глубокое забытье, однако оно сильно отличалось от спиритического транса и тем более от транса, возникающего при ритуалах Вуду или кандомбле. Никакого помрачения, никаких судорог, никаких беспорядочных движений: просто она сразу теряла сознание, ее тело застывало, не чувствовало уколов, а чуть погодя ее устами начинали говорить умершие. Она становилась тем, что потом точно назвали «медиумом на включении». Речь идет о явлении, которое отличается от всего того, что мы видели до сих пор. Во время таких трансов Натуцца больше не повторяет того, что ей говорит ее ангел-хранитель: теперь ее устами напрямую говорят сами умершие. Тембр голоса может быть самый разный, и родственники узнают в нем своих покойных родителей или друзей. Бывает, по голосу нельзя понять, кто говорит, но ясно одно: это не голос Натуццы. Почти всегда говорящие этими голосами не называют своих имен и никак не определяют себя (201). Натуцца может говорить на разных языках, хотя сама их не знает. Интонация, стиль речи, ее фразы и обороты, а также лексика могут сильно меняться — в зависимости от происхождения и характера покойного, который через нее говорит.