Бог, Рим, народ в средневековой Европе

Таким образом, на нескольких страницах мы можем проследить принципы систематизации политических и социальных вопросов в придворной практике Португалии начала XV в. Показательно сохранение в послании разделения на церковные и светские вопросы при главенстве королевской власти, которое особенно жестко утверждается в отношении монашеских орденов. Отметим и уникальные сообщения о внимании короля и инфантов к восприятию иностранцами ситуации во взятой десятью годами ранее Сеуте[410]. Необходимо особо подчеркнуть, что большинству из «практических» вопросов управления государством находится место в системе моральной теории.

4. Проект учреждения университетских коллегий

Традиционно историки уделяют особое внимание предложению о реформировании Португальского университета, находящемуся в первом разделе послания и соответственно отнесенному к вопросам церковного управления. Упомянутые в нем детали, такие как точное указание количества бенефициев академической корпорации, свидетельствуют о знакомстве кого-то из авторов письма (вероятнее, Жуана Вербы) с устройством Лиссабонского университета (основан в 1288–1290 гг., в XIV столетии неоднократно переносился из Лиссабона в Коимбру и обратно).

В послании ради устранения неграмотности клира (влекущей за собой упадок нравов всего королевства) предлагается, по примеру Парижа и Оксфорда, учредить коллегии, где могли бы обучаться небогатые будущие клирики. После получения степени они были бы обязаны некоторое время оставаться в своей же коллегии для преподавания. Также Педру отмечает, что увеличение числа грамотных клириков окажется полезным как для королевской власти (преумножение числа достойных кандидатов на важные должности), так и для знати в целом (позволит ей получить образованных капелланов). Это предложение, согласно указанию письма, основано на мнении некоего советчика, который «понимает в этом больше» автора.

Коллегии следовало учреждать как на средства университетских приходов, так и на пожертвования португальских епископов и монашеских орденов[411]. Однако сама реформа не имела аналогов: она предполагала не основание одной коллегии, а воспроизведение всей сложившейся к началу XV столетия в ряде университетов системы коллегий[412] без учета специфики их основания[413], осуществленное за счет Церкви, но под контролем королевской власти. В вéдении монарха должны были находиться и поиск учредителей, и создание уставов. Хотя основанные коллегии замышлялись как часть университета, не была описана их связь с факультетами. В данном случае, скорее, они осмыслялись как часть церковной системы королевства, сближаясь по форме с коллегиатами уставных каноников, в основании которых португальские короли принимали активное участие с XII в., а по задачам (изучение латыни) — с начальными школами при монастырях и соборных капитулах.

Несмотря на ряд неосуществленных распоряжений Педру об основании университета в центре его герцогства, Коимбре (1440-е годы), а также на его покровительство Лиссабонскому университету, ни о каких попытках воплощения проекта (им или королем Дуарте) ничего не известно[414]. Лишь спустя более 100 лет университет, после окончательного переезда из Лиссабона в Коимбру в 1537 г., был реформирован по модели, сходной с предложением из послания. Все основные ордены создали свои коллегии, в состав университета была инкорпорирована древняя школа августинского конвента св. Креста (Санта-Круш). Эти основания проходили с санкции короля Жуана III (1502–1557, правил с 1521), устав и программа преподавания также утверждались королевской властью. Видимо, неслучайно старейшая сохранившаяся копия «Книги советов…» была сделана по распоряжению именно этого монарха. Наибольшую известность получила Королевская коллегия искусств, основанная по личному распоряжению короля, но вскоре переданная под управление ордена иезуитов.

Однако, хотя воплощение в жизнь идей инфанта задержалось столь надолго, им нашлось иное применение: проект был включен во вторую книгу трактата «Книга о достойном благодеянии».

5. «Книга о достойном благодеянии»