Бог, Рим, народ в средневековой Европе

Вторая часть «Книги…» особенно важна для понимания связи морали и политики в системе, излагаемой инфантом Педру. Вторая книга труда Сенеки также была посвящена тому, как следует совершать благодеяния, но в данном случае португальский текст особенно сильно отдаляется от античного образца. Основное внимание инфант и его духовник уделяют щедрости как основе всей цепи благодеяния и соответственно структуры общества, во главе которой стоит государь — посредник между народом и Богом, ведь «всякое благодеяние исходит из божественного закона», как и всякое человеческое достояние[430]. Соответственно аллегорией темы этой книги в завершающей главе стала дева Великодушие (Liberal Graadeza), держащая в руках оливковую ветвь. Благодаря добродетели щедрости, обеспечивающей справедливое дарование благ каждому человеку, государи стоят ближе к Богу (как особо подчеркнуто, не в естественной или духовной, а в моральной иерархии), ответом на великодушие является благодарность[431]. Две эти добродетели скрепляют политическое сообщество (comunydade politica), часто также называемое общим телом (corpo comum), которое, в свою очередь, состоит из индивидуальных «разумных тел», готовых прийти друг другу на помощь[432]. Они создают особую «морально-политическую связь» (aliança politica e moral), отличающуюся как от духовной связи божественной любви, так и от естественной связи родственных чувств.

При рассмотрении благодеяний, относящихся к управлению сообществом, из перечисленной выше четверки кардинальных добродетелей в качестве важнейшего избирается благоразумие, так как оно необходимо для верного распределения благ и достижения общего блага, при том что в сообществе благодеяния должны дароваться как добрым, так и дурным людям[433]. Понятие благоразумия переплетается с понятием мудрости и образом мудрого правителя, который при описании общества как тела сравнивается с мудрым лекарем[434]. С понятием общего блага и благоразумия сочетается понятие господства (senhoryo), трактуемое двояко. С опорой на Аквината утверждается, что, «даже если бы мир не был поражен грехом», было бы необходимо, чтобы одни люди управляли другими для сохранения и процветания сообщества, без которого, согласно Аристотелю, человек существовать не может[435]. Соответственно некоторые члены сообщества получают власть благодаря своим умениям и мудрости[436]. Второй аспект природы власти авторы «Книги…» описывают, ссылаясь на Августина. Господство естественно лишь постольку, поскольку естественна греховная природа человека, из-за которой было потеряно первоначальное равенство[437]. И в соответствии с обоими изложенными в трактате представлениями о природе власти происходит обмен свободы на заботу, которая осмысляется как вассалитет, vassalagem. Таким образом, благоразумие, важнейшее звено в «цепи благодеяния» — обеспечивающее управление человеческим сообществом (regimento, понятие, отсылающее к трактату Эгидия Римского и зерцалам). И ответом на такую заботу государя, подобно плодам посаженных ранее деревьев, окажется процветание всей земли, которая без мудрого управления придет в упадок подобно землям неразумных варваров[438].

6. Описание реформы университета в составе «Книги о достойном благодеянии»

Описанная модель общественных связей позволила инфанту Педру и Жуану Вербе включить в «Книгу…» вопрос о выборе народом своего правителя, столь важный для недавно утвердившейся Авишской династии, а также проблему главенства королевской власти. Нужно отметить, что описанные идеи не остались чистой теорией. Например, прослеживается их связь с политикой укрепления положения королевской власти в Португалии: именно инфанту Педру при аудиенции в 1428 г. папа Мартин V даровал буллу, предоставлявшую португальским государям право помазания при восшествии на престол[439]. Как отмечает португальский исследователь С. А. Гомеш, система, характерная для этого трактата, также прослеживается в созданном под руководством Педру торжественном введении к «Установлениям короля Афонсу», первому своду португальского королевского права[440]. Хотя рядом исследователей утверждалось, что, в отличие от Дуарте и его «Верного советника», в своей «Книге…» Педру уделяет мало внимания изложению собственного опыта и наблюдений[441], важным элементом рассмотренных ранее рассуждений являются отсылки к португальской политической практике, некоторые из них имеют прямые аналогии в письме из Брюгге и других посланиях инфантов. Так, вопросу об ограничении трат на круг придворных, затронутому в послании, посвящена бо́льшая часть гл. XIII второй книги[442]. Но особое место в развиваемой инфантом теории благодеяния как основе объединения общества занимает описание реформы университета, включенное в гл. XXII второй книги.