Прекрасная мечта – но человеческая природа и политические реалии таковы, что ей не суждено было сбыться. Соединенные Штаты недолго наслаждались мировым господством как единственные обладатели атомной бомбы, которые вдобавок пострадали в ходе Второй мировой войны намного меньше своих союзников. Эта идиллическая интерлюдия резко оборвалась в 1949 году, когда атомную бомбу разработал Советский Союз. Соединенные Штаты были шокированы и поспешили перейти к следующей стадии. В 1952 году была создана водородная бомба. Когда Советы ответили тем же меньше года спустя, стало ясно: вместо воплощения мечты о международном единстве ЯО открыло эпоху доселе не виданных страхов и опасностей.
Все эти страхи были сконцентрированы в образе Судного дня. Для обычного человека это не обязательно означает конец света в буквальном смысле, когда погибнут все до единого люди на планете. Достаточно только тебя и всех твоих любимых, уничтожения твоего родного города, падения твоей страны: чем не конец света? Пока Соединенные Штаты и СССР наращивали арсеналы и грозили друг другу на протяжении 1950‐х годов, пока кино, сериалы и романы пугали сценариями один другого страшнее, а правительства размышляли, как защитить граждан в случае войны, перспектива конца света стала дамокловым мечом, нависающим у всех над головами, – по крайней мере в Северном полушарии, которое в первую очередь пострадало бы в случае ядерной войны.
И тогда, и сейчас, этот меч висит над каждым из нас совершенно независимо от политики, идеологии, национальности и любых других ярлыков, которые проводят границы между людьми. Возможность ядерной войны объединяет человеческий род – пусть и не в том смысле, в каком хотелось бы послевоенным идеалистам. А причина в том, что ядерное оружие разбираться не будет. Оно – абсолютный уравнитель: где взрывается бомба, она убивает и уничтожает всё и вся. Огнестрельное оружие можно нацелить, чтобы убить одного-единственного человека; артиллерийский снаряд или дрон можно навести, чтобы уничтожить конкретное здание или объект. Для ядерного оружия самая маленькая цель – это какое-нибудь гигантское сооружение, город, мегаполис. Оно по самой своей натуре безлично, а если применять его по максимуму, способно уничтожать целые народы.
Хотя Америка чувствовала огромную угрозу, когда атомную бомбу получил Советский Союз, и несмотря на всю истерическую риторику и пропаганду генералов и политиков на протяжении 1950-х, только во второй половине 1960-х у США появился реальный повод волноваться. К тому времени Советы достигли приблизительного ядерного паритета – то есть равенства ядерных арсеналов. Наступила эпоха взаимного гарантированного уничтожения.
Ее ознаменовало официальное признание со стороны Соединенных Штатов, что теперь так называемые сверхдержавы – то есть США и СССР – негласно заключают договор о совместном самоубийстве. Если каждая из сторон может уничтожить другую, в действительности на это уже не способна ни одна из них – ведь ответный удар точно так же уничтожит напавшую сторону.
Такой была логика – вполне разумная при условии, что на обеих сторонах противоборства возобладает здравый смысл. Но ни Соединенные Штаты, ни СССР не желали мириться со статус-кво. Паритета и стабильности мало, убеждали стратеги и теоретики. Одна сторона обязательно должна стать сильнее другой. Это убеждение запустило ускоряющуюся гонку вооружений, которая привела к разработке не только нового мощного оружия, но и новых способов защиты, а также обременила экономику обеих стран непомерными расходами.
Затраты на поддержание большого ядерного арсенала, не говоря уже о его развитии и бесконечном расширении, повлекли за собой и благотворные последствия. В 1960 – 1970-х появились первые серьезные попытки контроля над вооружениями. Эти инициативы не всегда были успешными и зачастую ограничивались не более чем громкими заявлениями, но все-таки они помогали поддерживать диалог между сверхдержавами и попытки понять друг друга. Сближению способствовало и то, что США и СССР были менее лицемерны в своем нежелании допускать в так называемый ядерный клуб другие страны. В 1952 году в это эксклюзивное общество вошла Великобритания, за ней в 1960‐м – Франция, хотя обе эти страны приносили больше головной боли СССР, чем США. Но когда в 1964‐м Бомбу разработал Китай, тут уже и Соединенные Штаты заволновались о международном распространении ядерного оружия и дипломатических усилиях по его ограничению.