Бонапарт. По следам Гулливера

«Получение неприятелем подкрепления и еще ожидаемое им делали успех осады сомнительным, – писал Бонапарт позже. – К тому же мы, находясь в таком отдалении от Франции и Египта, не могли снова подвергать себя потерям: в Яффе и лагере мы имели 1200 человек раненых, чума свирепствовала в нашем походном госпитале».

Следовало определяться.

* * *

В эти дни главнокомандующий внимательно перечитывал древнюю историю. Больше всего его интересовала Вторая Пуническая война. Хорошим подспорьем были трактаты Тита Ливия. Чем больше читал – тем больше сравнивал себя с отважным Ганнибалом.

Ганнибал был самым великим из древних полководцев. В 216 году до н. э. он с такой легкостью громил римские легионы, что никто не сомневался, что дни Римской империи сочтены. Так бы оно и случилось, если бы Ганнибал не увяз.

После того как карфагенянам покорилась Капуя, считавшаяся вторым после Рима городом на Апеннинском полуострове, исход войны уже не подвергался сомнению. Перед отъездом Ганнибала из Капуи горожане обратились к нему с просьбой разогнать римский гарнизон в соседнем городке Казилине. Вскоре туда был послан отряд легкой конницы. Карфагеняне были уверены, что римляне разбегутся при одном ее появлении. Но те не разбежались. Небольшой гарнизон в тысячу воинов принял бой и отбил нападение.

Раздосадованный военачальник бросил на подмогу пехоту, снабдив ее осадными орудиями. Когда солдаты подошли к крепостным воротам, те внезапно распахнулись и две когорты римлян стали расправляться с растерявшимися захватчиками. Понеся значительные потери, карфагеняне отступили и на этот раз.

И Ганнибал принимает роковое решение. Он посылает в Казилин огромное войско. Это цвет и гордость всей его армии, во главе которой находился знаменитый военачальник Магарбал. Римляне оборонялись стоически. В пылу битвы им удалось уничтожить осадные орудия и убить трех боевых слонов, наводивших на противника настоящий ужас. Потери карфагенян исчислялись тысячами, но цель так и не была достигнута. Узнав о случившемся, Ганнибал собирает всю армию и лично ведет ее к Казилину. Началась долгая осада. Очередной мощный штурм, которым на сей раз руководил прославленный полководец, проваливается.

«Убитых было достаточно много, если подумать, как мало людей осталось в городе, – читал Бонапарт у Тита Ливия. – Павших было бы еще больше, если бы ночь не прекратила сражение. На следующий день все горели желанием идти на приступ, особенно после того, как перед ними выставлен был золотой стенной венок, а сам вождь корил своих воинов… за ленивую и вялую осаду крепости на равнине…»

Но крепость словно заколдована. Не помогают ни подкопы, ни внезапные вылазки. На лицах карфагенян отчаяние.

Тем временем наступала зима. Ганнибал снял осаду и, оставив у стен города небольшой гарнизон, отправился в Капую. Зимовка в Италии закончилась плачевно. В войсках карфагенян началось пьянство и мародерство, их перестали бояться местные жители. Римские отряды громили захватчиков по частям. Через полгода в результате переговоров Казилин был взят. Но овладение крепостью уже ничего не значило: такая победа стоила десятка проигранных сражений. От когда-то победоносной армии не осталось и половины. Войска пали духом и оказались неспособны к серьезным баталиям. Пришлось срочно возвращаться домой. Однако это не помогло. Казилин стал началом окончательного поражения…

Бонапарт не хотел, чтобы Сен-Жан д’Акр стал вторым Казилином. И он решился. 20 мая 1799 года главнокомандующий отдает приказ возвращаться обратно в Египет. Осада Акры стоила его Восточной армии пяти тысяч раненых и убитых, включая гибель трех генералов, в частности начальника инженерных работ бригадного генерала Каффарелли дю Фальга[69], и молоденького адъютанта Наполеона – капитана Круазье.