Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века

Кузмин мечтает поехать в Италию вместе со своим новым возлюбленным Поздняковым, но едет в деревню Окуловку один. В Окуловке он встречается со своим племянником Сергеем Ауслендером, который расстался с Ниной Петровской и отдыхает от ее общества.

Июль

Иванов, Минцлова, Вера Шварсалон и дети гостят в Судаке у сестер Герцык. Евгения и Аделаида Герцык – поэтессы и переводчицы Ницше, частые гостьи башенных «сред». Иванов и тут находит «башню»: он поселяется в мезонине, к которому ведет увитая виноградом лестница. Лето проходит в душной атмосфере нового любовно-мистического многоугольника.

Минцлова подчинила себе Иванова – он считает ее своим учителем, магической наставницей, истиной в последней инстанции. Как ей это удалось? Она нашла уязвимые точки: болезненное тщеславие и тоска по умершей жене. Внушив Иванову, что он избран быть едва ли не новым пророком, она с помощью многочасовых разговоров, мистического шепота и других спецэффектов доводит его до крайне экзальтированного и нервного состояния. Зачем ей это? Кажется, Минцлова влюблена в Иванова. Влюблена в Иванова и одна из сестер Герцык, Евгения. Сам же Иванов пока пытается отогнать от себя мысль, что Вера Шварсалон – воплотившаяся Зиновьева-Аннибал. Все сложно.

Однажды за ужином Иванов при всех спрашивает у Минцловой, почему та никогда не любила и ни разу не отдалась мужчине. Минцлова вспыхивает и со слезами на глазах выходит из комнаты. Море, горы, полусухие травы под солнцем – крымские радости не радуют Иванова и его близких тем летом.

Сабашникова, которая еще не забыла Иванова, проводит лето в далекой Норвегии. Леса, фьорды, Северное море – профессор Штейнер говорит, что здесь можно увидеть древних богов. Вечерами Сабашникова подолгу всматривается вдаль – нет, ничего не видно.

13 июля в Лондоне открываются IV Олимпийские игры. Помимо привычных спортивных дисциплин, организаторы планировали включить в программу игр соревнования по искусству – живописи, литературе, архитектуре и музыке. Но идея эта будет реализована только на следующей Олимпиаде в Стокгольме.

Пока в Лондоне открывается Олимпиада, в Париже финиширует первый участник всемирной гонки, и это представитель Германии. Гонщиков забрасывают цветами, с ними фотографируются, в них влюбляются. За 165 дней они объехали почти весь земной шар. Американский экипаж финиширует только спустя четыре дня, но «Золотой кубок» все равно достается ему: немцев оштрафовали за нарушение правил.

Волошин и Бальмонт не застали финиша первой трансконтинентальной гонки – в июле они уехали на курорт близ Атлантического океана.

Гиппиус, Мережковский и Философов тоже не аплодировали гонщикам: в начале июля они покинули Париж и отправились в Петербург спустя два года эмиграции.

Сидя в поезде, Зинаида Гиппиус мысленно подводила итоги этих двух лет. Они успели изучить католичество и модернизм, понаблюдали за французами и их политической жизнью, познакомились с русскими эмигрантами и революционерами. Мережковский читал лекции, на которые собирались тысячи человек. Журнал Mercure de France печатал еженедельную колонку Гиппиус.

По субботам в квартире Мережковских проводились вечера – на один из таких вечеров пришел террорист Борис Савинков, участвовавший в убийствах Плеве и великого князя Сергея Александровича (одного из сыновей Александра II). Гиппиус везет в Россию рукопись повести Савинкова, чтобы издать в одном из журналов под псевдонимом.

Приходили к ним в квартиру и люди совсем неизвестные: рабочие, солдаты, матросы, выброшенные во Францию первой революцией. Некоторые из этих людей совершенно не понимали, что им делать: кто-то со временем сходил с ума, кто-то – умирал от голода.

И Гиппиус, и Мережковский, и Философов постоянно находились в переписке с Россией, читали новые русские книги, знали все петербургские сплетни и будто бы даже никуда не уезжали, но настало время возвращаться: Мережковскому и Гиппиус предложили руководить крупным журналом.

«Тоска у вас в России непроглядная. Ну что ж – тоска так тоска. От России не отречешься. Как ни тепло чужое море, а все домой пора», – писала Гиппиус перед отъездом в одном из писем.

Побыв пару дней в Петербурге, троица уезжает за город – тосковать.

24 июля в узкой долине Роны на юге Франции стоит поезд, в одном из вагонов которого сидит студент Сорбонны, 17-летний Осип Мандельштам. Осип едет в Италию – в кармане его всего 20 франков, но это не важно. Он смотрит в окно, видит Альпы, лес и облака, которые цепляются за верхушки деревьев.

25 июля Валерий Брюсов вместе с женой отправляется в большой европейский тур. Нина Петровская отправляется в большое путешествие по темным наркотическим мирам: к июлю 1908‐го она пристрастилась к эфиру.

Август

Брюсов путешествует.