Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века

«Я лежала на полу собора, как та Рената, которую ты создал, а потом забыл и разлюбил. Я тонула в чем-то прекрасном, горестном и безбрежном, как смерть», – пишет Петровская Брюсову уже из Парижа, где на время сошлась с каким-то студентом. Студент выпрыгивал из окна второго этажа, чтоб увидеться с Ниной: так сильно он любил ее на протяжении двух дней.

Ноябрь

Первые заморозки. Михаил Кузмин едет в повозке по деревне Окуловке. Повозка пересекает покрытый тонким льдом ручей. Обернувшись, Кузмин видит, что на только что раздробленный лед из воды выбрасывается форель.

Иванов, Минцлова, Вера Шварсалон и все их окружение возвращаются в Петербург. 8 ноября оккультистка Минцлова едет в Москву – за время ее отсутствия в городе «поднялась черная банда оккультистов самого низменного разряда».

Королевский хирургический колледж Англии принимает решение разрешить женщинам получение лицензии на работу зубными хирургами. В Соляном городке Петербурга психолог Зигфрид Ашкинази читает реферат на тему «Женщина и человек».

– Есть женщины-матери и женщины-проститутки. Как первый, так и второй тип должны быть отвергнуты человеком. Женщины – ничто! – кричит Ашкинази с трибуны. Но голос его тонет в возмущенных голосах пришедших на лекцию женщин-слушательниц. Не закончив доклад, Ашкинази удаляется под свист и топот.

Меж тем женщина-оккультист Анна Минцлова воюет со злом. Минцловой кажется, что против нее одной выступает целая армия темных магов, и пока «белые силы захвачены жаркой и последней битвой на западе», Минцлова берет на себя московский фронт.

Здесь, по ее рассказам, происходят самые страшные вещи: оккультисты не просто обманывают москвичей, но и попросту ломают их жизни. Одна одержимая духом женщина пришла к местному магу – тот сказал, что для освобождения ее необходимо убить. И муж несчастной едва не совершил это убийство! «И таких случаев масса», – пишет Минцлова Иванову, которого называет «любимым». В чем заключается борьба Минцловой, помимо магических эманаций? Она разрушает московские оккультные кружки, читает лекции и прощупывает почву для открытия оккультно-литературного журнала, главной звездой которого должен стать Вячеслав Иванов.

На «башне» Иванова людно впервые за долгое время после смерти Зиновьевой-Аннибал. Сологуб, Чеботаревская, Ауслендер, Чулков, Мейерхольд, вернувшийся из Шахматова Блок и – впервые – Гумилев. На нового поэта смотрят с интересом и недоверием: слишком накрахмаленный, почти высокомерный, при этом будто бы совсем некрасивый и почти жалкий. Гумилев читает свои стихи – тишина среди собравшихся. После длительной паузы Иванов выражает искреннее восхищение. Так начинается путешествие Гумилева в большую литературу.

Пока на «башне» упиваются стихами как в старые добрые, Михаил Кузмин упивается любовью в Окуловке: на несколько дней к нему приехал восемнадцатилетний Сергей Поздняков. Влюбленные гуляют по деревне, вместе читают и вместе пишут. Поздняков пишет плохо: ноль таланта, но Кузмин настоятельно просит Брюсова опубликовать в журнале рассказ его возлюбленного. Зайдя в сельскую церковь, Кузмин и Поздняков заказывают молебен о благополучном устройстве дела Михаила и Сергея. Аминь.

25 ноября в Петербурге дают ужин в честь Федора Шаляпина. Поют русские, грузинские, итальянские песни. Один из гостей поднимается с места и говорит, что собравшиеся забыли еще об одной национальности – о евреях!

Гость начинает петь «Хаву», Шаляпин подхватывает, всем весело! Вдруг раздается протяжный резкий свист – некто Лихарев вскакивает и просит прекратить петь еврейскую песню: ей не место среди русских! У Лихарева находятся сторонники; впрочем, большинство собравшихся находят выходку неуместной. Разгорается шумный спор, который великим басом обрывает Шаляпин: он поет «Дубинушку».

Зима

Анна Минцлова продолжает путешествовать по оккультным тропам Москвы и случайно попадает на лекцию Мережковского, который приехал из Петербурга вместе с Гиппиус и Философовым. Лекция посвящена Лермонтову и называется «Поэт сверхчеловечества». Все идет гладко и без скандала, пока с места вдруг не вскакивает Андрей Белый. Он страстно обрушивается на своих бывших друзей и обвиняет Мережковского в пустословии. В зале смеются.

– Что смеетесь? Над собой смеетесь! – кричит Белый и начинает чуть ли не трястись.

Минцловой кажется, что Белый – сумасшедший. Но именно этот сумасшедший, выступающий против всех, истеричный и легко попадающий под влияние, – отличная кандидатура для того, чтобы вместе с Ивановым работать в оккультно-литературном журнале Минцловой.

Нина Петровская, которая когда-то беззаветно любила Белого, болтается по отелям Парижа, резко начинает ненавидеть все русское и надеется никогда не вернуться в Россию. За ней ухаживают парижский студент Robert и страстный мексиканец, сын посла.