Читаем Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века полностью

Благополучно выпутавшийся из этой паутины Кузмин временно живет в гостинице, на которую уходят все его деньги. У Иванова он появляется редко и осторожно: не так давно была опубликована повесть «Двойной наперсник», в которой Кузмин пародийно и почти издевательски описал обитателей «башни» и особенно Анну Минцлову. Инцидент постарались замять – Кузмин сказал, что он случайно, он не хотел. Осадочек, однако, остался.

20 января Кузмин думает отравиться: Поздняков признался, что не любит.

«Я трус и раб, но люблю его больше Богородицы», – пишет Кузмин в дневнике.

Влюбленная в Кузмина Вера Шварсалон чувствует зудящую боль слева, на месте сердца.

Александр Блок счастлив: совсем скоро родится ребенок. Гиппиус никогда не видела, чтобы Блок так светился.

Максимилиан Волошин в Париже, и он спокоен. По утрам он выходит в Булонский лес, смотрит на деревья и на солнце. Закрыв глаза, он видит, как в темноте плывут золотые круги.

Нина Петровская тоже в Париже – ничего не чувствует и сравнивает себя с Бальмонтом, который однажды выбросился из окна и два дня не ощущал боли.

Валерий Брюсов считает, что без России нельзя, и зовет Нину обратно: он обещает ей жизнь, полную любви.

Все думают о своем. Никто не чувствует страшного влияния оккультистов Востока.

27 января Иванов, Минцлова и Белый встречаются в Москве. Стоя на сцене, Иванов читает лекцию «О русской идее».

– Вчерашние декаденты оставили болезненное самокопание и обратились к народу! Андрей Белый и Александр Блок – новые народники! – говорит Иванов, и зал взрывается негодованием.

– Кто? Народники? – вспыхивает один из оппонентов Иванова, зрители поддерживают его аплодисментами.

Обиженный Иванов собирается уходить, но Белый бросается его останавливать.

– Да, нас называют народниками! – кричит взволнованный Белый со сцены, но голос из зала тут же прерывает его.

– Это вы себя называете народниками!

Белый трясется.

– Нас называют народниками, – пытается продолжать он, но голос из зала настаивает:

– Это вы себя называете народниками, а не вас называют народниками!

– Ложь! Это все ложь! Вы все – подлецы! – взрывается Белый, начинает размахивать кулаками, порывается драться, бьется в истерике, падает в обморок.

– Занавес! Воды Андрею Белому! – кричит организатор лекции. Минцлова и Иванов уводят бледного дрожащего Белого под руки. На следующий день газеты сообщают о страшном литературном скандале. Страсти страстями, а суть истории в том, что декадентство больше не в моде. Декаденты хотят освободиться от созданных ими образов, но им никто не верит.

Февраль

Промучившись четыре дня, утром 2 февраля Любовь Менделеева рожает мальчика. Мальчик страшно похож на отца – актера Давидовского. То ли декадент, то ли народник Александр Блок счастлив – сына решают назвать Дмитрием. Сидя в гостях у Мережковских, Блок загадочно и как-то озабоченно улыбается.

– О чем вы думаете? – спрашивает Зинаида Гиппиус.

– Да вот… как его теперь… Митьку… воспитать.

Через восемь дней, 10 февраля, Митька умирает. Вместе с ним умирают надежды Блока на новую жизнь. Поэт глубоко подавлен. Любовь Менделеева переживает случившееся трагически: она сторонится людей и почти не выходит из дома.

Весна

9 марта. Петербург. На сцену Литейного театра выходят Сологуб, Городецкий, Волошин, Ауслендер, Кузмин, Ремизов, Блок, Сомов, Бакст и другие люди с известными фамилиями. Что происходит? Художники и поэты играют спектакль в поддержку итальянцев, пострадавших при землетрясении в Мессине.

Сергей Ауслендер исполняет роль американского принца. Бывшая возлюбленная Ауслендера Нина Петровская в это время бьется в объятиях своего вечного возлюбленного Валерия Брюсова. Нина вернулась из Парижа лишь для того, чтобы встретиться с ним – единственным, ненаглядным. Он заваливал ее нежнейшими письмами, звал, манил, и вот она вернулась. В начале марта они на несколько дней приехали в Петербург – подальше от отравленной Москвы, подальше от жены Брюсова.

Кузмин на всю весну едет в Окуловку: жить в Петербурге ему не на что. В деревне он ждет писем от Позднякова, ходит в церковь, засматривается на певчих и думает: нет, что бы ни случилось, убивать себя нельзя.

Белый тоже в деревне – проводит недели в одиночестве, лечит нервы, изучает особенности русского четырехстопного ямба, пытается писать роман. Отвлекаясь на работу, он постепенно успокаивается, становится равнодушен к литературной полемике и все чаще задумывается о своей мистической миссии.

Анна Минцлова ненадолго едет в Берлин, где встречается с Маргаритой Сабашниковой. Сабашникова наконец-то успокоилась, стала забывать Вячеслава Иванова и впервые за несколько лет чувствует себя на своем месте, путешествуя за профессором и экстрасенсом Штейнером. Обуреваемая силами добра, Минцлова бесконечно твердит Сабашниковой о том, что Иванов до сих пор ее любит и им необходимо встретиться. Сабашникова тут же теряет равновесие: любит? встретиться? Спасаясь от нахлынувших чувств, Сабашникова уезжает в Париж.

Перейти на страницу:

Все книги серии Individuum

Инцелы. Как девственники становятся террористами
Инцелы. Как девственники становятся террористами

В современном мире, зацикленном на успехе, многие одинокие люди чувствуют себя неудачниками. «Не целовался, не прикасался, не обнимался, за руку не держался, друзей нет, девственник» – так описывают себя завсегдатаи форумов инцелов, сообществ мужчин, отчаявшихся найти пару. Тысячи инцелов горько иронизируют над обществом, мечутся между попытками улучшить внешность и принятием вечного (как им кажется) целибата и рассуждают, кого ненавидят больше: женщин или самих себя. А некоторые решают отомстить – и берутся за оружие.В книге «Инцелы» практикующий шведский психиатр Стефан Краковски приоткрывает дверь в этот мир. Он интервьюирует инцелов, анализирует кризис мужественности и исследует связи радикальных одиночек с ультраправыми движениями, чтобы ответить на важные вопросы: как становятся инцелами? Насколько они опасны? И что мы можем сделать, чтобы облегчить их бремя, пока еще не поздно?В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Стефан Краковски

Психология и психотерапия
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после

Биографии недавно покинувших нас классиков пишутся, как правило, их апологетами, щедрыми на елей и крайне сдержанными там, где требуется расчистка завалов из мифов и клише. Однако Юрию Витальевичу Мамлееву в этом смысле повезло: сам он, как и его сподвижники, не довольствовался поверхностным уровнем реальности и всегда стремился за него заглянуть – и так же действовал Эдуард Лукоянов, автор первого критического жизнеописания Мамлеева. Поэтому главный герой «Отца шатунов» предстает перед нами не как памятник самому себе, но как живой человек со всеми своими недостатками, навязчивыми идеями и творческими прорывами, а его странная свита – как общность жутковатых существ, которые, нравится нам это или нет, во многом определили черты и характер современной русской культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эдуард Лукоянов

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Документальное
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу

IT-корпорации успешно конкурируют с государствами в том, что касается управления людьми. Наши данные — новая нефть, и, чтобы эффективно добывать их, IT-гиганты идут на многочисленные ухищрения. Вы не считаете себя зависимым от соцсетей, мессенджеров и видеоплатформ человеком? «Новые боги» откроют глаза на природу ваших отношений с технологиями. Немецкий профессор, психолог Кристиан Монтаг подробно показывает, как интернет стал машиной слежки и манипуляций для корпораций Кремниевой долины и компартии КНР, какие свойства человеческой натуры технологические гиганты используют для контроля над пользователями — и что мы можем сделать, чтобы перестать быть рабами экрана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кристиан Монтаг

ОС и Сети, интернет / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

В 2013 году девятнадцатилетний программист Виталик Бутерин опубликовал концепцию новой платформы для создания онлайн-сервисов на базе блокчейна. За десять лет Ethereum стал не только второй по популярности криптовалютой, но и основой для целого мира децентрализованных приложений, смарт-контрактов и NFT-искусства. В своих статьях Бутерин размышляет о развитии криптоэкономики и о ключевых идеях, которые за ней стоят, – от особенностей протокола Ethereum до теории игр, финансирования общественных благ и создания автономных сетевых организаций. Как блокчейн-сервисы могут помочь людям добиваться общих целей? Могут ли криптовалюты заменить традиционные финансовые инструменты? Ведут ли они к построению прекрасного нового мира, в котором власть будет принадлежать не правительствам и корпорациям, а людям, объединенным общими ценностями и интересами, или служат источником неравенства и циничных финансовых спекуляций? В этой книге Бутерин предстает увлеченным мыслителем, глубоким социальным теоретиком и активистом, который рассуждает о том, что гораздо больше денег, не боится задавать сложные вопросы и предлагать решения противоречивых проблем.

Виталий Дмитриевич Бутерин

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже