Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника

Что быть может нравоучительнее, что быть может одно другому противуположнее, как не начало и конец Невской улицы? Большой бульвар с последующим малым, – суть шумные дороги сует и страстей, которые ведут в Невский монастырь, сие училище отвержения от мира. <…> Глубокая тишина Невского кладбища поглощает весь шум и все привидения сей великой улицы, которая оттуда представляется огромной мечтою, составленною из народа, долженствующего в свое время отдать долг природе… <…> На Невской улице премножество вывесок и надписей, которыми беспрерывно увешаны и наполнены снизу доверху все домы, в три жилья построенные. С одного конца до другого она заключает в себе энциклопедию в лицах и действии. На сей улице находятся все художества, со всех концов земли свезенные вещи ценою от одного рубля до миллиона, начиная с самой необходимости для скупого, до желания и роскоши сибарита, с самого тупого понятия камчадала до утонченного ума Ньютона. Всех людей мысли, желания, страсти и воображения в полной мере могут быть удовлетворены в сей улице. <…> Невская улица с освещенными своими окнами доставляет философу средство познать в один вечер все суеты, страсти и желания жизни человеческой. Сколько увидишь различных явлений в окнах магазинов, рестораций, кухонных столов, гостиниц, трактиров и конфектных лавок[769],[770].

А в 1834 году Александр Башуцкий отмечал:

Этот проспект, обширное поле для наблюдений нравописателя и умствований философа, открывает им быт, занятия, страсти и слабости жителей почти всех разрядов; он как будто главная артерия Петербурга, от которой стремятся другие меньшие, питающие различные члены столичного тела. <…> Когда вы вглядитесь, когда вы вслушаетесь в Невский проспект, начинающийся Экономическим обществом, проходящий чрез все обольщения и роскоши жизни и оканчивающийся монастырем и кладбищем; когда вы пробежите его с конца на конец, тогда вам покажется, что это огромный, живой калейдоскоп, в который всыпано все человечество, с своею жизненною деятельностию, с своими модами, слабостями, чувствами, замыслами, причудами, знаниями, страстями, расчетами, красотою и безобразием, умом и безумием; вам покажется, что все это вертится, мелькает, бежит, летит мимо вас, с изменчивостью, быстротою и блеском мысли или молнии![771].

Повесть Гоголя «Невский проспект» (1835) открывается панегириком: «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет всё. Чем не блестит эта улица – красавица нашей столицы! Я знаю, что ни один из бледных и чиновных ее жителей не променяет на все блага Невского проспекта. <…> Невский проспект есть всеобщая коммуникация Петербурга», а завершается сетованием: «О, не верьте этому Невскому проспекту! <…> Всё обман, всё мечта, всё не то, чем кажется!»[772]