Быть собой, чтобы быть с другими: бережная сепарация от родителей, взрослых детей и партнеров

В 14 лет я перешла из своей гимназии в лицей, а вместе со мной несколько человек из моего класса, которые были зачинщиками травли. Они же стали таковыми и в лицее. Они унижали меня прилюдно, смеялись надо мной за спиной, передавая записки по классу всем, кроме меня и моих подруг, передразнивали меня. Чем смелее я была, тем агрессивнее становились они. Если я появлялась где-то с каким-то мальчиком, тут же начинали сплетничать.

Единственное, что я помню по поводу вовлечения взрослых, — это моя учительница русского языка и литературы, которая поддерживала эту травлю. Я хорошо помню один момент, когда мы ставили школьный спектакль. Я была одним из организаторов (да, при всей этой травле я не стала зашуганной, а довольно активно проявляла себя) и играла одну из ролей. После спектакля весь класс собрался, и учительница обратилась ко мне: «Посмотри, как другие девочки классно отыграли. Бери с них пример, посмотри, какие они яркие, красивые, а ты — серая мышь». Эти слова сделали мне очень больно и были, конечно же, неправдой.

Перед поступлением в университет у меня был вступительный экзамен по русскому языку и литературе. Я пришла к этой учительнице и попросила пособия для подготовки. Она ответила: «Я тебе ничего не дам, ты все равно никуда не поступишь». Видимо, я ей настолько не нравилась, что она дважды сделала мне больно.

Моя ситуация разрешилась, когда я начала новую жизнь в университете, где люди не знали о моей истории травли. Помню, когда я поступила в университет, мне нравилось выбирать яркие цвета и я считала себя красивой. Университет был в другом городе, и я думаю, что это помогло мне построить все с нуля. Мои стремление и амбиции были сильнее, чем слова учительницы.

Однако этот опыт оставил свой след: до сих пор я боюсь, что меня не примут в коллективе. Если на корпоративе я чувствую, что мне не с кем общаться, сразу вспоминаю те чувства, что я неинтересна, что я какая-то не такая, и это опасно. Я стараюсь понравиться людям, чтобы не попасть в ситуацию, когда я отличаюсь от других и становлюсь центром негативного внимания.

Социально-психологические исследования показывают, что человеку свойственно приписывать похожим на себя людям лучшие черты и поступки, а плохие будут чаще отнесены на счет «не своей» группы. Например, для описания членов «своей» группы люди выбирают более позитивно окрашенные слова, чем для описания членов «чужой»[8]. А если кто-то из «своих» совершает проступок, то кажется, что он в меньшей степени заслуживает наказания, чем представитель «чужих»[9].

На стремлении психики обобщать и разделять людей на «своих» и «чужих» строятся социальные стереотипы, которые приписывают одной из групп людей определенные неизменные свойства. Например, «женщины плохо водят», «мужчины бесчувственные», «немцы холодные и расчетливые», «пожилые люди негибкие» и т. д.