"Чего изволите?" или Похождения литературного негодяя

О, этот зловещий «родной человечек», выросший из молчалинского корня! Ради него — в знак благодарности за преданность — можно, оказывается, забыть про совесть и честь, попрать справедливость и достоинство. Сколько блестящих идей и великих начинаний было загублено ради спокойствия и безбедного существования очередного «родного человечка»! Сколько светлых голов и чистых сердец было предано порицанию и отдано на поругание! Ибо ничего так не боится «родной человечек», как чьей-то независимости, бескорыстного служения общему делу, ищущей мысли, свободного чувства.

Зачем он все еще живет на свете и благоденствует, когда изнемогают умы и разбиваются сердца? Вопрос, как мы уже знаем, не нов, но и мы с вами ищем на него ответ. Сегодня волна общественного прозрения и духовного обновления потрясает сами основы прежней жизни, и без такого ответа нельзя идти уверенно вперед. У перестройки есть друзья и враги. Это нормально. Есть сочувствующие и сомневающиеся. И это тоже нормально. Страна пришла в небывалое, порой болезненное движение. Слишком долго наше бытие определяло наше сознание таким образом, что в головах и делах многое перепуталось: желаемое и действительное, реальное и кажущееся, намерения и возможности. Пройдет, думаю, еще немало времени, прежде чем жизнь всё поставит на свои места и бытие подчинится обновленному сознанию.

Но и сейчас уже кое-что стало ясным. Например, что между новым и старым есть нечто не новое и не старое, а постоянное, которое тоже пришло в движение и стало перестраиваться, вернее — подстраиваться.

Мы говорим не о тех, кто мучительно осмысливает прошедшее и происходящее и честно ищет пути в будущее, и даже не о тех, кто торопится объявить всё, что было, сплошной ошибкой и отбросить за негодностью. При этом, кстати, кое-кто из самых «передовых», резво, без груза ответственности, сомнений и раскаяний, забежавших вперед, с какой-то задорной радостью называет всех, кто не бежит рядом с ними, приверженцами старого. Воистину, их пар часто уходит в гудок, а энергия достойна лучшего — созидательного! — применения. Но это пройдет — «детская болезнь левизны» всегда сопутствует коренным переменам.

Конечно, есть и те, кто твердо и по-своему честно ратует за сохранение существующих устоев и считает, что любое отступление от них есть отход от принципиальных позиций. Не всякий умеет переступить через свое прошлое. Все эти люди выражают себя, высказываются вполне определенно.

А кто же между ними? Те, кто хотел бы оставить всё на прежних местах (не забудьте, каких хозяев предпочитали мудрые Молчалины и что они ценили в жизни превыше всего!), но уже боится об этом сказать прямо. Те, кто выжидает, чья возьмет и когда можно будет продолжить свои «златоустные» — пусть и в другой адрес — песни. Это они всегда и на всё готовы: услужить сильному и добить слабого, поддержать большинство и освистать немногих, даже если правда на их стороне. Зачем им своя позиция, взгляды и принципы? Трудно и хлопотно. Лучше уж ловить настроения и желания того, кто у кормила власти, даже самой маленькой, вовремя соглашаться с начальственным мнением, даже высказанным на банном полке, и рапортовать об успехах. Вот они-то, эти Молчалины-хамелеоны, ставшие для многих хозяев «родными человечками», и любят больше всего спокойную, неизменчивую жизнь, когда впереди все ясно и понятно, а сзади — надежно и тихо. Когда нет вопросов, на которые надо искать ответы, и никакие перемены не выходят за железные рамки «улучшения» и «совершенствования» существующего.

Редко эти благонамеренные стражи порядка откровенничают, но все же бывает:

«Пока у вас идет перестройка, у нас, подстройка”… Свернуть с пути нас нелегко. Скажем, не справился с работой, наш” человек, начальник отдела материально-технического снабжения, так что же, мы должны его уволить? Нет, это наш человек, мы срочно организовали ему должность заместителя начальника отдела сбыта. Стало два зама, ну и что… Мы понимаем, что заместитель должен быть обязательно глупее начальника, чтобы последний на его фоне выглядел значительнее. А еще лучше, если заместитель имеет не соответствующее своей должности образование… Переизбрали начальника профкома, а мы его тут же сделали начальником отдела, а бывшего начальника оставили в отделе, сменив ему должность, но оставив ту же зарплату. Переизбрали секретаря парткома, так мы ему первый отдел организовали, хотя секретов на своем производстве не имеем… Всегда готовы к любой перестройке… Мы готовим себе настоящую, достойную (нас, конечно) смену… Поддержку имеем везде, где надо, и нужных людей в обиду не дадим».