Человек из Скотланд-Ярда

– В парке возле дома. Вчера вечером – вчера вечером, когда она думала, что была одна. Она думала, что я спала, что Валентайн спал. Но мы не спали, мы бдили! Мы были там, под деревьями в парке, наблюдая за светом, который был слабо виден через плотно занавешенные окна в сиреневой комнате. Этот свет зажегся внезапно; и мы задавались вопросом, что мы должны делать в отсутствие моего сына, что мы обязаны сделать, как вдруг мы услышали щелчок замка. Из двери выскользнула женщина со свертком в руках. Она выбежала, не подозревая, что за ней наблюдают, направившись в самую глухую и заросшую часть парка, господин Клик, она похоронила этот странный сверток между двумя елями – похоронила глубоко, установив на этом месте две еловых ветви в виде креста. Потом она шмыгнула обратно в дом!

Тут, когда она ушла, мой племянник и я подползли к тому месту и раскопали там – о боже! Спросите племянника! Я не могу даже думать об этом ужасе!

– Когда мы выкопали сверток, господин Клик, мы нашли в нем кусок платья леди Веры Ривингтон, которое было на ней, когда она относила малютку в сиреневую комнату; и ткань была окрашена кровью, и в нее был завернут страшного вида окровавленный нож!

– Какой нож? – возбужденно спросил Клик. – Уж не имел ли этот нож широкое, плоское лезвие, заточенное на оба края, и наборную деревянную рукоятку в форме гантели, с семью медными заклепками в верхней части?

– Да, точно. Вы описали его, как будто это вы его нашли!

– Семь! – воскликнул Клик, дернувшись и щелкнул пальцами. – Семеро Тайных! О Россия, Россия, каких адских псов ты порождаешь! И я ничего не предпринимал! Я хранил молчание! Я полагал – на основании моей собственной жизни, моего собственного раскаяния и искупления, – что клык змеи мог потерять свой яд, если был погружен в мед любви! Но, в конце концов, Семеро здесь, и змея не стала голубкой! Господин Чарлок, – Клик внезапно сменил тему, – один последний вопрос: где сэр Морис Ривингтон сейчас? Он все еще гоняется за призракам – или он уже вернулся?

– Нет, он не возвратился, – сказала леди Ривингтон, ответив на вопрос, прежде чем ее племянник мог ответить. – Господин Клик, тысяча фунтов – любая цена… что угодно, если вы сможете раскрыть эту тайну до его возвращения!

– Я смогу, леди Ривингтон, и… я это сделаю! – ответил Клик. – Подготовьтесь как можно быстрее возвратиться в Эмдон Корт, вы и господин Чарлок. Но не поездом, не в то время, когда можно ожидать вашего возвращения. Вы отправитесь со мной в красном лимузине, чтобы освободить землю доброй старой Англии от кровавой красной заразы!

БЫЛА НОЧЬ, КОГДА красный лимузин вынырнул из тьмы осенней ночи у задних ворот Эмдон Корта.

Клик вышел из машины, следуя за леди Ривингтон и господином Чарлоком в глубину парка, а Леннард – повинуясь приказу – скрылся во тьму, возглавив местных полицейских, которые были выделены им в помощь, по телеграфному запросу из Скотланд-Ярда.

– Быстрее, – напутствовал его Клик. – Окружите поместье и не ждите дальнейших приказов от меня. Перекройте все выходы и входы парка и вход в дом. Арестовывайте любого… Вы слышите? Любого! Кто пытается покинуть место!

– И теперь, господин Чарлок, – Клик обернулся к новому собеседнику, – мы взглянем на место, где сверток был похоронен; и если сверток еще там, мы осмотрим его!

Сверток был все еще там, как они убедились, когда пробились к месту сквозь заросли, и Клик, достав маленький ручной фонарик из кармана, осветил место; но этот сверток не покоился безмятежно; вскрик, который издали и тетя и племянник, явно свидетельствовал об этом.

– Посмотри, Валентайн, взгляните! – Ее светлость прошептала взволнованно: – Теперь тут два креста из веток, и они оба больше того, который был раньше. И посмотрите! Мох, камни и листья – все не так, как было!

Иллюстрация к рассказу «Загадка сиреневой комнаты», опубликована в газете «Вашингтон Геральд» 3 октября 1915 года. Художник неизвестен

– Совсем не так! – молодой человек пробормотал недоуменно и раздраженно, встав на колени и исследуя землю. – Господин Клик, кто-то был здесь; кто-то тут уже порылся.

– Я ожидал этого, – сказал Клик, вручая Чарлоку фонарик. Сыщик засучил рукава, склонился над тайником.

– Более чем вероятно, что эту яму раскопают и закопают третий раз, но сделают это не те руки. Светите сюда, господин Чарлок; и вы, леди Ривингтон, стойте так, чтобы из дома никакого света не было видно. Мы опередили противника, раскопав тайник раньше, я полагаю, иначе здесь было бы не два креста… Теперь посмотрим, что тут у нас…

С этими словами он принялся за работу, копая, пока содержимое тайника не оказалось перед ним на земле. Это было, как ему и говорили, платье женщины, смотанное в бесформенный комок. Но было и еще кое-что – листок бумаги, на котором что-то было написано буквами, похожими на греческие, на языке, что не могли прочитать ни леди Ривингтон, ни ее племянник.