Черепашки-ниндзя против Злобного Крага

—                  Разумеется, вас, — не раздумывая, от­ветил Куко. — Всем известно, что вы нена­видите каледийскую герцогиню и хотите захватить ее владения.

—                  Вот именно! — гневно заскрипел зуба­ми Краг. — Я не могу действовать так, как мне заблагорассудится, потому что пока вынужден считаться с мнением соседних королей. Я сумел захватить трон только потому, что мой мятеж посчитали внутрен­ним делом Умбрии. Но если я убью сейчас эту девчонку, все короли посчитают это де­лом своей личной безопасности. Они ре­шат, что коли я сегодня спокойно убил Клер, то завтра доберусь и до них.

—                  А разве это не так? — удивился Куко. — Ведь вы сами, ваше величество, говорили, что намереваетесь захватить все сопредель­ные государства...

Да, намереваюсь, — спокойно произ­нес Краг. — Но пока у меня недостаточно для этого сил. Против моего черного меча не устоит ни один противник. Но мало по­бедить врага на поле боя. Нужно еще иметь достаточно солдат для того, чтобы занять вражескую территорию. Для этого я и со­бираю наемников. А пока моя армия еще малочисленна. Я не смогу сражаться с объ­единенной армией соседей, если они все вместе ополчатся против меня.

—                  Неужто они осмелятся ополчиться против вас? — испуганно вздрогнул Куко, которого совсем не радовала такая перспек­тива.

—                  Осмелятся, если мы сейчас зарежем эту девчонку, — сумрачно произнес Краг. — По­этому я и держу в секрете свои планы и воен­ные приготовления. Потому я и не могу сейчас перерезать глотку этой мерзкой девчонке, как бы у меня не чесались руки. Нельзя поднимать тревогу раньше времени. Вот когда я буду готов к войне, тогда мне уже ничего не придется опа­саться. И когда я захвачу все сопредельные государства, я со спокойной совестью перережу горло всем королям и их наследникам. Тог­да и юную герцогиню Каледийскую ничто не спасет.

Куко просиял, восхищенный гениальнос­тью своего повелителя.

—                  Так, значит, нам следует оставить эту девчонку там, где она сейчас спит? — спро­сил он.

—                  Именно так, пустая башка, — ответил Краг. — Это будет наилучшим решением в данной ситуации. Ты обратил внимание на глумма, который пролетал на вороне над озером?

—                  Ну, обратил. И что? — пожал плечами Куко.

—                  А то, что это был дозорный глумм. И, значит, скоро здесь будет много глуммов.

—                  Не хотел бы я иметь дело с глуммами, — опасливо огляделся по сторонам Куко. — Их всегда является так много, что нет ни­каких надежд на победу.

—                  Когда глуммы здесь появятся, мы с то­бой будем далеко отсюда, — утешил узур­патор верного лакея. — Сдается мне, что глуммы, обнаружив спящую Клер, уволо­кут ее с собой в подземелье.

—                  Почему вы так думаете?

—                  Потому что так велит древний обычай глуммов. Мне это на руку. Герцогиня Каледийская рассердится на глуммов за похи­щение дочери. Те ответят ей взаимной не­навистью. А я буду ликовать. Пусть мои враги ненавидят друг друга. Тем легче бу­дет их победить.

Закутавшись в черный плащ до самого подбородка, Краг поспешно удалился прочь от берега. Бросив последний взгляд на озеро, трусливый Куко злобно прошеп­тал:

—                  Придет время, и я буду разгуливать по каледийским окрестностям не как лазут­чик, а как хозяин.

И поспешил вслед за своим господином.

Луна поднялась над озером, и волны от­ражали теперь только раздробленный диск ночного светила. Клер еще спала. Глумм снова вернулся на своем вороне. На этот раз за ним следовала целая толпа малень­ких человечков. Их белые бороды спуска­лись до самых колен.

С виду глуммы были старички, а ростом — как маленькие дети. По кожаным передни­кам и молоткам, висевшим у них на поясе, можно было узнать рудокопов. Походка у глуммов была странная: они высоко под­прыгивали и кувыркались самым удиви­тельным образом, с такой непостижимой ловкостью, что были похожи скорее на ду­хов, чем на людей.

Но, проделывая такие прыжки, они со­храняли невозмутимую серьезность. Глум­мы обступили спящую девушку.

Ну вот, — сказал самый маленький из глуммов, восседавший на черной птице, — разве я обманул вас, когда сказал, что на берегу озера спит самая прелестная прин. цесса в мире? Благодарите меня за то, что я показал ее вам!

—                  Мы очень благодарны тебе, Боб. сказал один из глуммов, похожий на пре­старелого поэта. — В самом деле, в мире нет никого прекраснее этой девочки. Ее щечки румянее зари, поднимающейся над горами, а золото, которое мы куем, блещет не так ярко, как ее кудри.

—                  Правда, Пик! Истинная правда! — подхватили глуммы. — Но только, что же нам делать с этой прелестной девуш­кой?

Похожий на престарелого поэта Пик ни чего не ответил на этот вопрос, потому что он, как и остальные не знал, как поступить с прелестной девушкой.

—                  Давайте построим большую клетку и посадим ее туда, — предложил глумм по имени Риг.