Если вы поймали себя на ревности, задайтесь вопросом, зачем вам нужно ее поддерживать, какой цели служит эта история и что может произойти без нее.
Эми неплохо справляется с ударами.
Эми: Так рада, что ты хорошо сдал тест
Гэвин: Я так горжусь тем, что сдал его хорошо.
Гэвин: Начал медленно и постепенно увеличил количество слов
Эми: Не верится, что ты делишься своей особой техникой. Хотя мы знаем, что в ней есть много чего еще.
Гэвин: Есть особые пропорции и ингредиенты, о которых никогда не расскажу. Только через собственный опыт.
Эми: Это ведь алгоритм, верно?
Гэвин: Я больше похож на абаки[23]. Чем больше, тем интереснее
Эми: Во множественном числе?
Гэвин: Больше чем один
Эми: Поняла. Я всегда шучу, что правильное количество велосипедов, которое должно быть, это, например, N плюс 1. Где N – это количество на данный момент
Гэвин: Я открыт для N плюс 1 возможность
Эми: Ну, твоя склонность к вычислениям (хотя она не до конца изучена или понята), конечно, поможет нам вести счет.
Гэвин: Лол. Разве это не склонность к абаки?
Эми: Я оставляю экспертизу множественности на твое усмотрение. Сладких снов.
Хотя Эми может почувствовать укол ревности в тот момент, когда Гэвин намекает на свое желание включить в их союз других лиц, она не показывает этого. Допуская в будущем возможность того, на что он намекает, Эми не обрывает разговор и, скорее всего, в дальнейшем продолжит общение.
«Комперсия» – слово, придуманное в 1970-х годах коммуной Кериста. Основанное в Хейт-Эшбери в Сан-Франциско сообщество разделяло идеалы хиппи – нонконформизм и сексуальную свободу – и считало комперсию противоположностью ревности. Комперсия – это радость за своего партнера, получающего сексуальный опыт с кем-то другим. С тех пор это слово было принято сообществом полиаморов.
Хотя полиаморию практикуют только 5 % американцев, 20 % пробовали консенсуальную немоногамию (КНМ). Исследование 2016 года показало, что только половина миллениалов хотели бы состоять в полностью моногамных отношениях. Неудивительно, что приверженность моногамии ниже в определенные периоды жизненного цикла, особенно в молодости.
Кларисса: Скажи мне, я знаю, что ты предпочитаешь женщин, но по своей природе ты моногамен или склонен к полигамии?
Генри: Моно-поли-пан и тому подобное – это удел молодых. В моем возрасте одной женщины более чем достаточно.
Генри: Рискую показаться Соломоном, но может быть, подойдет женщина-половинка?
Кларисса: Просто стало интересно. Ну, вообще-то я полторы женщины.
Однако даже среди тех, у кого нет особой приверженности к моногамии, большинство спокойнее относится к идее