Действие вместо реакции

Кое-кому это действительно на руку. Наше эго очень заинтересовано в истерике. Оно заинтересовано в том, чтобы страдать и причинять страдание, в том, чтобы возмущаться и вызывать возмущение, в том, чтобы ужасаться, восторгаться, жаждать, гневаться, ссориться и устраивать грызню. Вернее, оно по привычке полагает, что ему это выгодно, ибо эго невежественно.

Когда мы сжимаемся до размеров своего малого ума, мы извращенно смакуем свои неврозы. Нам кажется, что обида, злость и страдание делают нас правыми. Они наделяют правами, позволяют рассчитывать на взыскание долга с окружающих. Если нам плохо, и мы были оскорблены, значит, мы вправе рассчитывать на компенсацию.

Невежественный человек часто решает искать себе средств к существованию за счет того, что грабит других и пьет их соки. В то время как существует бесчисленное множество способов позаботиться о себе, помогая, создавая и приумножая, он идет путем причинения вреда, умаления и разрушения. Он как шизофреник, не замечающий учиненного им пожара, который принимается готовить шашлыки в пожирающем его самого огне.

Так и самые невежественные части нашего ума любят устраивать свое бытие на взыскании вымышленных долгов и на попытках грабежа. Пока мы остаемся в их власти, мы полагаем, что мир нам должен, и он должен по-крупному.

Мы хотим затребовать с него все до последнего гроша, с процентами, а для этого кажется уместным быть обиженными, возмущенными, страдающими. В некотором узком смысле это крайне удобная позиция, позиция жертвенного лентяя.

Такие омрачения ума укрепляют нашу агрессию и жажду. Эго же состоит из агрессии и жажды, а потому все, что укрепляет их, укрепляет и его. Они есть средство самовозвеличивания и самоутверждения эго. Таков, следовательно, ответ на римское «Cui bono?». Вот в чем выгода эго. Это есть его сокровенный секрет.

Мы цепляемся за свои разрушительные эмоции и желания, потому что без них малый ум теряет свою ведущую роль. Даже если мы боимся предпринять что-то для реализации своей жажды и агрессии, мы все равно пребываем в вечном состоянии боевой готовности. Наше страдание, обида, возмущение носят пассивный характер и ходят кругами внутри нашей головы. Мы чувствуем, что мир нам должен, но вместе с тем не осмеливаемся взыскать долг.

Когда пузырь эго надулся, только одно может если и не лопнуть его окончательно, то по крайней мере спустить из него воздух. Это игла знания. Чтобы прорвать защиту эго, ее острие должно войти достаточно глубоко. Тогда возникнет вспышка понимания, и пузырь начнет схлопываться.

Содержащаяся в этой игле правда состоит в том, что наши чувства не просто могут ошибаться. Они делают это постоянно – ежеминутно и ежесекундно. Периодически же их просчеты являются колоссальными и роковыми.

К примеру, ключевая функция отрицательных эмоций есть оповещение об угрозе и мобилизация организма для ответа на нее. Но когда угроза мала, а ум производит на нее сильную реакцию, значит, им была совершена ошибка. И это самое повседневное явление в нашей лимбической системе.

Где реальной опасности нет, мы на взводе или и вовсе приходим в ярость. Когда же угроза велика, мы ее даже не замечаем. Мы безрассудно оптимистичны. Нам представляется, что все образуется и беда непременно пройдет мимо.

Случается и так, что вспышка эмоций, вместо того чтобы помочь нам в борьбе с угрозой, мешает дать ей достойный ответ. Мы выведены из равновесия, мы отягощены страхом и сомнениями и истощены внутренним диалогом. Сигнал об опасности оказался ее союзником и не позволяет исправить положение вещей. Вдобавок к этому, эмоциональная реакция на опасность сама может толкнуть нас на действия, которые подвергают нас еще большей опасности.

Все это самые банальные и повседневные ошибки чувств. Каждый может найти в собственной биографии множество подобных примеров. В науке и в философской традиции это исследовано вдоль и поперек. С положительными эмоциями, нашими восторгами и очарованиями, дела обстоят точно так же.

Необходимо забыть эту странную идею, что чувства не ошибаются и что сердце не может быть не право. Ошибаются все. Чувства же делают это как раз почаще прочих.

Если мы страдаем, если мы обижены, из этого не следует, что мы непременно столкнулись с какой-то несправедливостью. И это не значит, что нам чего-то должны. Вполне вероятно, что наибольшей ошибкой в ситуации и наибольшей несправедливостью была как раз наша реакция.

Мера нашей власти

В жизни всегда что-то будет идти не по плану. Мир несоизмеримо больше нас, и он меняется. Это значит, что обстоятельства вне нашего полного контроля. Проблемы, таким образом, неизбежны. Но вот страдание в ответ на эти проблемы есть наш выбор.