Действие вместо реакции

Психоаналитический проект Фрейда ознаменовал рождение психологии как чего-то отдельного от философии. Благодаря популярности психоанализа, полицентрическое видение ума пустило еще более глубокие корни в философии, науке, искусстве и западной культуре вообще.

Модули и уровни

Параллельно описанным событиям, в науке также совершалась коперниканская революция в понимании человеческого ума. Врачи, анатомы и физиологи двух последних столетий медленно приходили к тем же основным выводам, что философы и психологи. Они, однако, начали свою работу с другого конца – со скрупулезного изучения строения и функций мозга.

Итогом усилий многих поколений ученых стала современная теория модульной организации мозга. В соответствии с ней, мозг состоит из множества зон (модулей), и каждый такой модуль обладает устойчивой, хотя и не неизменной специализацией. Специализация означает, что все части мозга, как правило, заняты своим особым делом. Одни обеспечивают движения тела, другие руководят зрением и слухом, а третьи – потребностями, памятью и мышлением.

Каждая специализированная зона мозга состоит из простых работяг – нейронов. На протяжении всей своей жизни нейроны трудятся в своих «мозговых офисах» и в основном общаются лишь с самыми ближайшими соседями в том же модуле, где сами и находятся. Лишь крошечное число наших нервных клеток связаны с коллегами из других модулей. Они стоят на входах и выходах, принимают немного информации от других отделов, а затем передают информацию в следующие.

Но и это еще не все. Модули организуются в уровни. Это значит, что одна и та же информация зачастую проходит обработку в несколько этапов, прежде чем породить итоговую поведенческую реакцию. Сначала она попадает на первый уровень обработки, где ее встречают модули первого уровня. Затем, пройдя через их бюрократические жернова, она отправляется на второй, третий – и так далее, в зависимости от функции.

Разумеется, таковы лишь грубые контуры модульной теории мозга, но они позволяют составить о ней общее представление. Для более полного ее понимания будет полезно проследить хотя бы несколько значимых вех в истории нейробиологии.

Стартовой точкой этого длинного пути можно назвать 1811 год. Тогда французский физиолог и анатом Сеза́р Легаллуа́ впервые в истории выявил у отдела мозга специфическую функцию. Легаллуа препарировал животных и в ходе своих экспериментов обнаружил в продолговатом мозге центр дыхательной деятельности.

Затем, в 1848 году, произошел самый известный несчастный случай в истории нейронаук. Бригадир Финеас Гейдж прокладывал железную дорогу и случайно спровоцировал взрыв порохового заряда, который использовался в работах. Железный лом диаметром больше 3 сантиметров пробил ему череп чуть ниже левой глазницы и вышел вверху головы, на стыке лобной и теменной кости.

Финеас Гейдж потерял значительную часть лобной доли мозга, но, ко всеобщему изумлению, выжил. Более того, спустя два месяца он смог вернуться к активному образу жизни, нашел себе другую работу и прожил еще двенадцать лет.

Траектория движения железного лома в черепе Финеаса Гейджа, согласно данным его врача Джона Харлоу

Без последствий такая обширная травма мозга, разумеется, не осталась. По словам друзей и обследовавших его врачей, Финеас Гейдж полностью переменился как личность. Он фактически стал другим человеком и притом человеком крайне неприятным. У Финеаса Гейджа развился комплекс симптомов, который впоследствии стал известен как синдром лобной доли. Он стал несдержан, импульсивен и груб, утратил способность к долгосрочному планированию и управлению состояниями своего ума.

Случай Финеаса Гейджа был воспринят как подлинное чудо и стал мощным стимулом для изучения связи лобных долей с самоконтролем, управлением эмоциями и желаниями, принятием решений и планированием.

В 1860-х годах французский хирург и анатом Поль Брока́ прознал о пациенте, который также страдал весьма необычным расстройством. В течение более двадцати лет этот человек постепенно утрачивал способность разговаривать. С каждым годом ему становилось все труднее и произносить слова, и сопрягать их в грамотные предложения. Лицевые мышцы пациента, как и его грамматические навыки, охватывал медленный паралич. Тем не менее его способность понимать устную и письменную речь и другие его умственные навыки на удивление никак не пострадали.

Поль Брока провел посмертное вскрытие и обнаружил в левом полушарии мужчины значительные повреждения в специфической зоне лобной доли мозга. В последующие годы Брока исследовал в своих работах как этот, так и ряд схожих случаев. Описанный им отдел мозга, отвечающий за производство речи и ее грамматическую связность, был назван в его честь. Ныне он известен как зона Брока.