Действие вместо реакции

Человек инстинкта познает мир с позиций своей дуалистической узости и видит лишь малый контекст собственной жизни, малую часть причин и следствий. Из-за того, что он не видит множества связей там, где они есть, он кажется себе оторванным от мира и не понимает, как устроены те главные ценности, к которым сам и стремится.

Им правит эго, а для эго недоступно понимание природы счастья, творчества и смысла. Следовательно, он ищет их по ложным адресам – вне себя, в будущем, в установке на обладание.

Человек инстинкта нацелен на создание предметов, на приобретение внешних ресурсов власти, имущества и людских симпатий. Даже когда он посвящает себя созданию знания и информации, он воспринимает знание как мертвый предмет, как внешний ресурс. Знание не становится его частью и не меняет его суть. Эго не в состоянии применить получаемое им знание и возлежит на этом знании, как собака на сене.

Большинство интеллектуалов являются лимбическим типом личности, потому что научная деятельность, искусство и образование есть для них просто способы добычи ресурсов. Это формы эгомании и служения будущему, которые приносят им статус и укрепляют их представление о собственной ценности и полезности.

С помощью интеллекта эго подтверждает себя и пытается увековечить «Я» во времени с помощью плодов собственной деятельности. Это ставка на расширение личной территории, и мы уже достаточно много сказали о том, почему эта ставка обречена на постоянный проигрыш.

Гармония

Проследим пройденный нами путь. Согласно рассмотренной в самом начале основной идее мировой философии, все в нашей жизни зависит от структуры ума. То, что в нем происходит, определяет не только наше самоощущение, но и все наши проявления во внешнем мире, определяет наши поступки и характер влияния на мир.

В уме в свою очередь все сводится к взаимоотношению частей. С позиций нейробиологии, мозг представляет собой систему, состоящую из миллиардов маленьких «компьютеров», которые объединены в крупные блоки из нейросетей разных масштабов.

Сами эти компьютеры, наши нервные клетки, по большей части идентичны по своей вычислительной мощности. Это компьютеры одного поколения, созданные эволюцией по общей генетической технологии. Следовательно, разница между одним умом и другим заключается прежде всего в том, как именно его части связаны между собой, а не в том, каковы эти части. В конце концов, свойства последних приблизительно одинаковы.

Когда мы позволяем эмоциям и импульсам управлять своим поведением, в нашем уме скапливается много внутренних противоречий. Нервная энергия ходит по кругу и теряется в бессмысленных информационных конфликтах. В уме возникает много шума и мало сигнала. Он оказывается отделен от своих высших возможностей и может начать разрушать сам себя.

Однако, как только накал этих конфликтов снижается и возрастает мера творческой самоорганизации, ситуация резко меняется. Части ума начинают дополнять друг друга и тем самым оказывать помощь, а не ставить палки в колеса.

Такое состояние информационной системы, при котором ее части находятся в продуктивном взаимодействии, называется гармонией. В этом смысле она есть не расплывчатый художественный эпитет, а строгий научный термин на пересечении кибернетики, нейробиологии и философии. Одновременно гармония обозначает ту меру, в которой части системы продуктивно взаимодействуют друг с другом. Гармонии может быть больше или меньше.

Чем более гармоничным является ум человека, тем полнее он способен проявить свою творческую и познающую природу. Небо нашей внутренней жизни расчищается от туч, и наше видение приобретает цельность, остроту и точность.

Каждый шаг в направлении гармонизации ума делает нас сильнее и успешнее в любой задаче, за которую мы беремся. Это фундаментальное условие свободного и полного высвобождения творческой энергии, которая и составляет сущность мироздания. По этой причине гармонию можно назвать высшей целью и ориентиром нашей деятельности. Дальше и глубже ее нет ничего, за одним только исключением. За исключением творческой природы мира, ибо она бесцельна и существует для себя в бесконечном разворачивании настоящего момента.

Общее движение человечества

Слово citta нередко переводят на западные языки не как «ум», а как «сердце». Из того, что было сказано выше, понятно, что ум есть все вместе взятое, в том числе и «сердце». Однако перевод citta с помощью слова «сердце» есть крайне сбивающий с толку вариант. «Сердце» есть лимбическая система. Это спонтанный порыв, неосознанность, принудительность, желание, чувство, инстинкт, дуалистическая узость.

У сердца есть и благие, и разрушительные проявления, однако оно невежественно. Называть наш ум «сердцем» означает называть целое именем его самой невежественной части. Это оказывается равноценным наделению лимбической системы руководящими обязанностями, к которым она плохо приспособлена.