Декабристы и народники. Судьбы и драмы русских революционеров

Марка Андреевича Натансона друзья называли «Иваном Калитой» народнического движения из-за его постоянных и достаточно успешных попыток собрать и объединить в кружках и обществах разрозненные силы радикалов. Он родился в 1851 г. в скромной мещанской семье и после окончания гимназии учился в Петербургской медико-хирургической академии, а потом – в Земледельческом институте, где стал одним из руководителей студенческого движения в столице.

Что можно сказать о судьбе человека, которого аресты каждый раз вырывали из рядов созданных им революционных кружков и обществ в момент их становления или начала активной деятельности? Подивиться удивительной изломанности линии его жизни или посочувствовать столь неудачно складывавшимся обстоятельствам? Но Марк Андреевич был почему-то счастлив на протяжении всех 50 лет своего служения делу революции.

Все началось в 1869 г., когда 19-летний Марк Натансон, студент столичной Медико-хирургической академии, смело вступил в бой против набиравшего силу Сергея Нечаева. В ответ на темпераментное и обманчиво-соблазнительное выступление последнего, призывавшее студентов идти в народ и немедленно бунтовать его против царизма, Марк спокойно предложил на каникулах провести в деревнях анкету с целью выяснения готовности крестьян к бунту. В общем, расчеты Нечаева на то, что ему удастся возглавить студенческое движение в Петербурге, были сорваны.

Это столкновение, безусловно, не означало полного поражения Нечаева и нечаевщины, но оно знаменовало рождение талантливого революционера-организатора М. Натансона. Вскоре он вместе с В. Александровым встанет у истоков кружка «чайковцев», создаваемого ими как противовес нечаевской «Народной расправе». В «чайковцах» действительно отразились многие черты, свойственные характеру самого Натансона: высокие нравственные принципы, требовательность к себе и к своим единомышленникам, обостренное чувство долга, понимаемое как революционное служение делу освобождения народа. О. Аптекман с восхищением вспоминал, как в 1880-х гг. в якутской ссылке уже «побывавший в боях», поседевший Марк Андреевич постоянно возвращался к обсуждению нравственных проблем общественного движения. «Он мне горячо доказывал, – писал Аптекман, – что пока у нас не будет высокой книги об этике, мы не будем в состоянии осуществить социалистический строй».

Нет, недаром вокруг этого в общем-то еще молодого человека, среднего роста, шатена с небольшой бородкой, высоким лбом и живыми проницательными глазами, раз за разом объединялись лучшие силы народничества. Правда, в центре кружка «чайковцев» Натансону удалось побыть недолго. Уже в 1872 г. он был арестован (его и до этого в 1869–1870 гг. арестовывали трижды) за составление вместе с В. Берви-Флеровским «Азбуки социальных наук». Последовала ссылка в Архангельскую губернию, затем – в Воронежскую, а оттуда – в Финляндию, входившую тогда в состав Российской империи. Все это заняло три года, так что «хождение в народ» прошло без участия Натансона, но не мимо его внимания.

В 1875 г. в Петербурге уцелевшие после жандармских погромов народники с нетерпением ждали его побега из ссылки, надеясь, что с появлением такой фигуры, как Марк Андреевич, обязательно произойдет поворот «к объединению и планомерности». Натансон действительно сбежал из Финляндии и объявился в Петербурге в самый нужный момент. Все, видевшие его в это время, отметили два удивительных и характерных для него качества: поразительную работоспособность и умение убеждать, очаровывать людей. Он работал день и ночь: оборудовал конспиративные квартиры, вел переговоры об объединении петербургских и московских народнических кружков, обсуждал программу и устав будущего подпольного общества, был одним из организаторов побега П.А. Кропоткина из тюремного госпиталя. Недаром народники в итоге назвали именно Натансона «отцом “Земли и воли”» 1870-х гг.

Но увидеть становление и расцвет своего «детища» Марку Андреевичу вновь не пришлось. Его арестовали весной 1877 г. и до ноября 1879 г. держали в каземате Петропавловской крепости. Затем последовала ссылка в Восточную Сибирь, но и этого властям показалось недостаточно. В 1881 г. Натансона переводят в самый отдаленный и гиблый улус Якутского округа. Из-за неудавшейся попытки организовать побег ссыльных ему пришлось ознакомиться с местной тюрьмой. Трудно сказать, как бы все закончилось, если бы не сгорело здание, где хранились материалы следствия и вещественные улики. Списывать пожар на счастливый случай вряд ли приходится. Побег ссыльных провалился из-за болтливости одного из уголовных поселенцев, взявшегося помочь «политическим» бежать. Теперь, искупая свою вину, он и устроил этот пожар. Дело о побеге после этого было благополучно прекращено, и арестованные вновь вышли на поселение.