Дело не в генах. Почему (на самом деле) мы похожи на родителей

Как черты характера передаются в семьях

В начале XX в. одна мать считает свою новорожденную дочь некрасивой. Чтобы скрыть ее некрасивость от взоров гостей – и собственного – она часто прикрывает ее лицо накидкой. Мать, выросшая в скромной семье и вышедшая замуж за представителя верхних слоев среднего класса, боится социального унижения. Позже она говорит своей «некрасивой» дочери, что та не найдет себе мужа, и жалуется в дневнике: «Что я сделала не так, что моя дочка не имеет успеха в обществе и не располагает к себе?» Десятки лет спустя в старости дочь напишет о себе: «Грустная правда в том, что, признаюсь, я жила и продолжаю жить в мире воображения, я не выношу реальность». На реальный мир набросили накидку.

Предполагаемая некрасивость младенца (девочка родилась недоношенной, с маленьким весом) является проекцией чувства неполноценности и социальной непривлекательности самой матери. Это тот случай, когда ребенку приписывают нежелательные ощущения родителя, перенося на внешность ребенка собственную социальную непривлекательность («Я в порядке, ты – нет»).

В 1940-х дочь сама становится матерью. В свою очередь она пишет, что одна из ее дочек «была невозможна. Она кричала и орала, пока не получала того, чего хотела. Она шумела и не контролировала себя с рождения и до подросткового возраста». Женщина пишет об этой девочке так, как будто та мучила и тиранила ее. Мать считает, что проблема в девочке.

В 1970-х у «невозможной» дочери рождается собственная дочь. Позже женщина напишет, что дочка ненасытна, постоянно кричала в младенческом возрасте и была «очень трудным» ребенком и подростком. Как и ее предшественницы по материнской линии, мать считает, что причина сложного характера в самой девочке и не связана с тем, как она обращалась с ней.

В 2013 г. эта «девочка» написала мне по электронной почте письмо о своей семилетней дочери. Та ужасно капризна, не переносит попыток матери следить за ее нарядами, питанием, своевременным посещением школы (если ребенок вообще ходит в школу). Ежедневные приступы гнева похожи на детские истерики, во время которых девочка царапает и бьет мать. Дочь тиранит маму, говорит ей, где встать, нападает на нее с заднего сиденья автомобиля, отказываясь идти в школу пешком.

Четыре матери одна за другой страдали от собственных дочерей, трое из которых были маленькими тиранами. История повторялась из поколения в поколение по материнской линии. С помощью какого механизма она передавалась?

До того как появились результаты проекта «Геном человека», у нас были бы основания предполагать, что каждая из дочерей рождалась с генетическим кодом, отвечающим за предрасположенность к трудному характеру. Согласно этой теории, последовательность ДНК служила бы причиной образования химических веществ, влияющих на характер, и, независимого от того как обращались с девочками, они были бы трудными. Люди с определенной последовательностью ДНК страдают редкими и признанными генетическими заболеваниями вроде хореи Хантингтона или синдрома Дауна, и то же самое относилось бы к трудному характеру. Это предсказывало подавляющее большинство генетиков, но данная модель была полностью дискредитирована, и сегодня едва ли найдутся ее сторонники. Практически никто из ученых больше не верит, что существуют особые гены, отвечающие за интеллект, личностные качества или, как в нашем случае, поведенческие проблемы детей.

Однако по-прежнему есть те, кто верит в схему «понемногу того и другого», сочетание генов и воспитания. Дочери могли унаследовать гены, которые делают их склонными к плохому поведению, но только в сочетании с плохим воспитанием. Генетически уязвимым детям пойдет на пользу чуткое и заботливое воспитание. Согласно этому представлению, ни гены, ни плохое воспитание сами по себе не служат причиной плохого поведения, необходимо наличие обоих факторов.

Существует ген, связанный с гормоном серотонином (который играет некоторую роль как в агрессии, так и в депрессии). В некоторых обзорах доказательств высказывается предположение, что определенные варианты этих генов{266} увеличивают либо вред, причиненный плохим обращением родителей, либо преимущества, получаемые при хорошем обращении{267}. Однако им противоречат многие другие работы{268}, ссылающиеся на исследования, в ходе которых не было получено аналогичных данных. Даже когда обнаруживается влияние гена, оно несравнимо с огромным влиянием плохого обращения как такового. Это же относится и к другим «генам-кандидатам»{269}, которые якобы создают предрасположенность к агрессии в сочетании с плохим обращением: их устойчивого воздействия при повторных исследованиях не выявили.