Дело не в генах. Почему (на самом деле) мы похожи на родителей

Более свежие исследования привели к таким же результатам. В целом дети, рожденные с низким весом{285}, чаще бывают невнимательными и гиперактивными в школьном возрасте. Однояйцовые близнецы редко рождаются с одинаковым весом. Каждые 450 г разницы в весе при рождении{286} значительно повышают вероятность развития в более позднем возрасте синдрома дефицита внимания и гиперактивности у близнеца с дефицитом веса, что является убедительным доказательством того, что именно низкий вес, а не гены, ведет к СДВГ. Но если мать тепло относится к ребенку и поддерживает его, вероятноcть СДВГ уменьшается. Результаты другого исследования демонстрируют, что дети, чьи матери употребляли во время беременности много алкоголя{287}, имеют более высокий риск низкого IQ, однако этот эффект сглаживается, если мать проявляет эмоциональную чувствительность и стимулирует умственное развитие ребенка.

Главное, данные свидетельствуют, что матери обычно заботятся о своих детях так же, как заботились о них самих{288}. Исследование 180 матерей{289} показало, что 70 % тех, с кем плохо обращались в детстве, сами дурно обращались со своими детьми или не проявляли заботы по отношению к ним. Как следствие, 90 % юношей и девушек, подвергшихся плохому обращению в детстве, в возрасте 19 лет имели симптомы как минимум одного психического заболевания. В отличие от них всего один из молодых людей, чьи матери в прошлом заботились о них хорошо, имел аналогичные симптомы. 30 % матерей, с которым плохо обращались в детстве, не перенесли плохое обращение на своих детей. Почему некоторым удается разорвать порочный круг?

Мы, люди, говорим на сложном языке, позволяющем пользоваться понятиями, формирующими наше самосознание. Благодаря этой способности мы можем намеренно контролировать себя и свое окружение гораздо лучше, чем обезьяны. Становясь родителями, мы можем решить заботиться о своих детях не так, как заботились о нас. В целом люди обычно повторяют навязанную им модель воспитания, однако часть решает воспитывать своих детей наоборот или создать собственную модель, которая не является ни повторением, ни противоположностью.

Всем нам трудно разрушить родительские модели. Миа Фэрроу, актриса и бывшая жена Вуди Аллена, родилась пятой из восьмерых детей и в возрасте 19 лет с сожалением говорила о размере своей семьи: «Ребенку нужно больше любви и нежности, чем можно получить в большой семье». В 25 лет у нее родились первые дети (близнецы) и через некоторое время на свет появился сын. Она могла обеспечить им жизнь в семье среднего размера, которой не было у нее самой. Однако за год она усыновила двух вьетнамских малышей. В течение следующих 12 лет она родила еще одного и усыновила еще шестерых. Двенадцать детей называли ее мамой. Теперь она говорила: «Преимущества большой семьи огромны. Я хочу воссоздать атмосферу своего детства». То ли она изменила мнение, то ли в какой-то момент позабыла, каково это – быть потерянным в большой семье, и навязала данный опыт дюжине детей.

Конечно, между поколениями передается не только плохое обращение и отрицательные результаты воспитания. Любовь, мудрые наставления, сочувствие и поддержка переходят от родителей к детям в неменьшей степени. Существуют убедительные доказательства, что родители, выросшие в чуткости и заботе, и сами становятся чуткими родителями. В ходе нескольких исследований велись наблюдения за тем, какое воспитание получали дети в младшем возрасте и какими родителями они сами стали{290}. Результаты показали, что чуткость и заботливость передаются детям от пап и мам в неменьшей мере, чем склонность к плохому обращению. Особенно красноречивым оказалось исследование{291}, в ходе которого ученые наблюдали за 200 детьми в возрасте от трех лет и затем, когда те повзрослели, снимали на камеру их взаимодействие с дочерьми и сыновьями. Родители, которых воспитывали с теплом, чувствительностью и поощрением в начале или середине детства или в подростковом возрасте, чаще всего таким же образом воспитывали своих детей. Аналогичные исследования продемонстрировали, что позитивное отцовское воспитание вело к такой же модели воспитания у их сыновей, когда последние сами становились отцами.

Ни у кого не было идеального детства; когда мы сами становимся родителями, над всеми нами реют демоны и ангелы, преследуя нас, сражаясь друг с другом и побеждая в зависимости от их силы. Результаты исследований ясно показывают{292}, что ангелы побеждают там, где родитель подсознательно опирается на значительный положительный опыт. Некоторые мамы и папы, пережившие плохое обращение, могут стать особенно любящими родителями, компенсируя собственные перенесенные страдания. Даря своему ребенку любовь, которой были обделены в детстве, они идентифицируют себя с сыном или дочкой и исцеляют свои раны.