Детский нейрохирург. Без права на ошибку: о том, кто спасает жизни маленьких пациентов

Свой собственный Брюс Уэйн[28] больницы имени Джона Рэдклиффа был во многом консервативным человеком, правда, согласно моему опыту, у него не было раздутого самомнения, зачастую свойственного таким людям. Рабочая нагрузка была сумасшедшей, и он всегда охотно признавал мои заслуги. Что более важно, оказавшись в тупике, он не стеснялся принимать советы со стороны.

Так, я оперировал ребенка со сложным сосудистым заболеванием – патологическим изменением в мозге. Я говорю «я», потому что Питер отдавал мне всех пациентов, которых я у него просил. Ему больше не нужно было браться за необычные случаи с целью накопления опыта, так что он охотно их мне уступал. Разумеется, получив должность консультанта, я не оказался автоматически всезнайкой. Я был все тем же человеком, что и днем ранее, когда числился старшим ординатором. Первые годы (а то и десятилетие) в качестве консультанта приходится набираться опыта.

Врачи прекрасно запоминают различные факты, но, став консультантами, мы можем выкинуть из головы редкие болезни, которые приходилось изучать студентами, и сосредоточиться на самых актуальных для выбранной специальности проблемах.

Прежде я никогда не сталкивался с подобной сосудистой патологией, так что спросил совета у Питера. Как и следовало ожидать, ему уже доводилось раньше иметь с ней дело, но ввиду невероятной редкости данного заболевания у детей это было многие годы назад.

– Я могу просмотреть свои записи.

– А что, если я спрошу свое бывшее начальство из Торонто? – предложил я. – Один из них особенно интересуется такими случаями.

Для некоторых из «консерваторов», под началом которых я проходил подготовку, идея спросить чье-то мнение со стороны – а в данном случае из-за границы – была бы чем-то немыслимым. Но только не для Питера.

– Блестящая мысль. Дай мне знать, что они скажут. В любом случае с тех пор, как у меня был такой пациент, медицина наверняка шагнула вперед.

Я отправил в Торонто электронное письмо, и вскоре мы начали обмениваться идеями через океан. Я излагал им свои наблюдения и описывал план действий, в ответ на что они вежливо предлагали варианты получше. Они никогда не говорили: «Идиот, не делай так». Скорее: «А ты не рассматривал?..» или «А ты не думал о таком варианте?»

Питер относился ко мне с уважением и никогда не пренебрегал моим мнением, в итоге оказав на меня тем самым большое влияние. Я поклялся, что именно таким всегда будет и мое отношение к собственным будущим подчиненным. Получается не всегда, потому что порой находятся слишком невнимательные или ленивые для профессии врача люди – такие ученики просто выводят меня из себя.

Что касается того пациента, то мы пришли к единодушному мнению по поводу моих дальнейших действий, так что я отчитался перед Питером.

– Звучит как отличный план. Давай так и сделаем, – одобрил он.

Мы сделали, и все получилось. Даже если бы ничего и не вышло, все равно это был наиболее эффективный из возможных вариантов. Как я уже говорил, учиться никогда не поздно. Всегда хочется стать лучше в своем деле. Всегда хочется помогать.

Впрочем, иногда и этого оказывается недостаточно. На самом деле порой подобные стремления могут лишь множить проблемы, как мне это вскоре предстояло выяснить.

<p>6</p><p>Это не жир</p>

Восемь месяцев. Это не тот возраст. Не тот возраст, чтобы умереть. Не тот возраст, чтобы родиться. Во всяком случае, не так.

Причем даже не восемь месяцев от рождения. Речь идет о восьми месяцах после зачатия. Еще до появления на свет. Это настоящая трагедия.

Ребенок попал в поле моего зрения, когда находился еще в утробе своей матери, – она пожаловалась, что не чувствует ни пинков, ни движения, ни всего остального, что обычно так радует беременных женщин. В местной больнице сделали томограмму плода. Обычно удается найти проблему, которую можно исправить. Ее обычно и ищут. На этот раз, однако, у ребенка обнаружили опухоль мозга.

Сообщать о подобном родителям пятилетнего ребенка уже тяжело, а от одной только мысли о том, чтобы сказать будущим родителям, что у их не рожденного малыша, которого они еще даже не видели, может быть смертельное заболевание, становится просто не по себе.