Читаем Дизайн детства. Игрушки и материальная культура детства с 1700 года до наших дней полностью

Сакстоны приехали из торгового городка Уитчерч в Шропшире. Они были одними из первых английских поселенцев в Новой Зеландии. В 1842 году Джон и Присцилла Сакстоны приплыли в Нельсон на корабле Новозеландской компании под названием «Клиффорд». С ними было пятеро детей: восьмилетний Конрад, шестилетний Эдвард, четырехлетний Чарльз, двухлетняя Присцилла и младенец Джордж восьми месяцев от роду. В период между 1844 и 1852 годом в Новой Зеландии у них родилось еще четверо детей: Эмили, Джон, Элизабет и Баркер. В Национальной библиотеке Новой Зеландии «Те Пуна Матауранго» хранятся дневники, рисунки и литографии Джона Сакстона — бесценный источник для изучения жизни колониальных поселенцев Новой Зеландии. Но несмотря на то, что в дневниках подробно изложено все, что видел, думал и чувствовал Джон Сакстон во время своего путешествия и по прибытию в Новую Зеландию, лишь несколько из его записей касаются детей, и в них отражена его собственная патерналистская позиция. В отличие от дневников, модель деревни — уникальный исторический артефакт, напрямую связанный с детьми. Она непосредственно воплощает собой их творческую деятельность и личные переживания. Модель деревни Сакстонов овеществляет ряд важных тем, которые мы обсудим в данной главе, в том числе влияние колониальной педагогики и социокультурный контекст повседневной жизни детей колонистов.

С помощью детального анализа модели деревни Сакстонов и других объектов такого рода я хочу продемонстрировать, что только материальная культура детей может дать нам возможность взглянуть на детскую деятельность и социальную историю детства изнутри, с непосредственной и очень личной точки зрения. В своем детальном исследовании модели, а также на основе документов и материальных источников я собираюсь применить объектно-ориентированный подход, рассмотрев множество историй, заключенных внутри модели[651]. Согласно этому подходу, материальным объектам нужно вернуть их исторический контекст, сопоставить с реальными историями людей и пережитым ими опытом. Материальные вещи следует считать основой сложных отношений. Ключевой принцип данного подхода состоит в том, что «предметы не немы, они — постоянный источник бесконечных прочтений и новых интерпретаций»[652]. Моя гипотеза заключается в том, что предметы являются не просто трехмерными иллюстрациями прошлого, а материальными свидетельствами нашей жизни, из которых состоит прошлое. Именно сосредоточившись на предметах, с их разнообразными значениями и неясными качествами, историки смогут больше узнать о том, что происходило с человечеством в прошлом[653].

Модель деревни Сакстонов: создание и дизайн

Модель деревни — это трехмерная диорама (25 сантиметров в высоту, 55 в ширину и 23 в глубину), изображающая английскую ферму, город и железнодорожную станцию. Вырезанные из бумаги силуэты были раскрашены, приклеены к тонкому картону и вставлены в самодельный ящик с деревянными боковинами, деревянной задней и стеклянной передней стенкой. Фасад ящика был оснащен деревянной рамой, выкрашенной черной и золотой краской — по-видимому, раму добавили позже. К задней стенке ящика было приделано металлическое крепление, что говорит о том, что модель демонстрировалась дома на стене.

В модели использованы бумажные шаблоны для вырезания фирмы H. G. Clarke & Co. Эти шаблоны в большом количестве продавались в магазинах, из них можно было вырезать и смастерить ферму, деревню или железнодорожную станцию. В нашем случае дети соединили шаблоны и сделали одну диораму, на которой (слева направо) изображены ферма, деревня и железная дорога. Более того, дети видоизменили пейзаж под себя, раскрасили, добавили в него собственные детали. В диораме присутствует обычный сельский амбар, сарай, домики, отель, церкви, люди, лошадь с повозкой, а также другие животные: собака, лошади и пасущиеся стада. На заднем плане мы видим мельницу и виадук. У паровоза на железной дороге стоит необычный двухдисковый семафор, который использовался железнодорожной компанией Ланкашира и Йоркшира и железнодорожной компанией Брайтона[654]. Кроме этого, об Англии XIX века напоминают еще и объявления на станции — реклама шоу марионеток и производителя игрушек.

По-видимому, модель раскрашивал ребенок от руки. На трубу паровоза прицеплен дым из шерсти. Хотя в XIX веке некоторые шаблоны для вырезания уже продавались цветными, в нашем случае модель раскрашивал явно не профессиональный художник. Кое-где краска наложена толстым, неровным слоем. Очевидно, что это работа не профессионала, а искусного любителя, вероятнее всего — ребенка. В том, как ребенок-художник обращался с краской, чувствуются немалые знания и умения: искусное использование палитры и оттенков для передачи глубины и натуралистических подробностей. Особенно эти умения заметны в том, как раскрашена крыша амбара (двумя оттенками синего), деревья (там использовались оттенки зеленого и коричневого) и фон (где у художника сочетаются зеленые и золотые поля).

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже