Домашний быт русских цариц в XVI и XVII столетиях

1670 г. в декабре царицы Марьи Ильичны чину сын боярской Никифор Скорятин бил челом на жену свою Пелагею, а в челобитной его написано: «Жалоба, государь, мне на поругательницу на жену свою Пелагею: в 176 г. кусала она, жена моя, тело мое на плечах зубом, и щипками на руках тело мое щипала и бороду драла; и я, холоп твой, бил челом тебе, великому государю, в Приказе Мастерские палаты и подал челобитную окольничему Василью Михайловичу Еропкину. И против моего челобитья меня, холопа твоего, дьяк Иван Взимков в Приказе Мастерской палаты поругательство жены моей и зубного яденья на теле моем досматривал, и в том ее поругательстве жене никакого указу не учинено. И в 178 г. она, жена моя Пелагея, хотя меня, холопа твоего, топором срубить, и я от ее топорового сеченья руками укрывался, и посекла у меня правую руку по запястью, и я от того ее топорового посечения с дворишка своего чуть жив ушел и бил челом в Приказ Мастерской палаты стольнику Федору Прокофьевичу Соковнину; и стольник Ф. П. Соковнин приказал посеченую мою рану записать; и от той посеченой моей руки я вовеки увечен. Да и впредь она, жена моя, хвалится на меня всяким дурным смертоубивством, и по твоему государеву указу посажена она, поругательница, жена моя, за приставы; и она, сидя за приставы, хвалится на меня и ныне всяким дурным смертным убивством. Милосердый государь! Пожалуй меня, вели в таком поругательстве и в похвальбе ее, жены моей, свой царской указ учинить и меня с нею развесть, чтоб мне от нее, жены своей, впредь напрасною смертью не умереть». «Помета: 179 дек. 19-го велеть противо челобитья на патриархов двор послать память и с памятью отослать Микифора Скорятина и с женою его с Полагеею». (Посланы с указом: учинить по правилом св. апостол и св. отец, чего доведется.)

Дело комнатной бабки, укравшей горсть соли

1671 г. августа в 13-й день по указу (великого государя царя) и великого князя Алексея Михайловича (титул) государыни царицы и великой княгини Наталии Кирилловны комнатная бабка Марфа Тимофеева «роспрашивана накрепко, а сказала: в нынешнем-де в 179 г. августа 11 дня пришла она к мыленке государыни царицы и перед мыленкою-де ходила и стряпала доктор Литовка, и принесла перед мыленкою на серебряном блюде грибы и поставила на том же серебряном блюде. А ей-де, Марфе, до того времени грибов печеных велми хотелось есть. И она-де украла перед мыленкою в сенях из стола соли из сковородки, из которой про государыню царицу в кушанье вынимает доктор. И она-де из той соли взяла в горсть тайно… к грибам и хотела с того серебряного блюда, которые принесены в стряпню про государыню царицу, украсть гриб и тою краденою солью тот краденый гриб осолить и испечь тут же в печи, где стряпают кушанье про государыню царицу. И в то-де время увидела дохтуриха, что она соль украла, стала ее в сенях спрашивать, что у ней в горсти? И она-де, Марфа, сказала ей, докторихе, что у ней в горсти ничего нет. И от той дохторихи пошла в мыленку для того, чтоб ей соль высыпать на землю, чтоб ее не увидели. И как-де она вошла в мыленку и увидела, что в мыленке сидит Анна Леонтьевна, испужалась ее, и тое соль подле ушата в мыленке у дверей из руки высыпала на землю. А в то-де время варили шти про государыню царицу. И, высыпав соль, пошла тотчас назад из мыленки, и докториха-де ее спросила, что она носила в мыленку? И она сказала, что ничего не носила. И пошла от мыленки к портомойне. И у портомойни-де варила грибы государыни царевны и великой княгини Евдокии Алексеевны комнатная ж Офросинья. И она-де, Марфа, взяла гриб и, испекши, съела, для того, что ей безмерно хотелось в то время грибов есть. И после-де того, на другой день в субботу в обед, пришли в казенную Матрена Блохина и Марина Киникина. И сказала ей, Марфе, Марина, что-де про ее Марфино дело государыне царице известно. И она-де учала бить челом Матрене Блохине, чтоб ее заступила. И Матрена-де на нее закричала и велела ей, Марфе, ехать к Москве. И она-де и поехала.