Донбасс. Дорога домой: военно-политические заметки

— Мы хороших людей берем в роту, а национальность нам без разницы. Я вот вообще хохол, — улыбается ротный Озеро.

Казаки роты «Вольный Терек» батальона «Скиф»

— Живой хохол? — удивляюсь я. — И против хохлов воюете?

— Я не против хохлов, а против нацистов воюю. Я родом из самой срединной Украины, из Винницкой области. Я и мову размовляю. И слово «паленица» правильно говорю.

— Но ведь с той стороны фронта ваша родная кровь, — замечаю я.

— Не родные они мне больше. И они первые начали стрелять, разве не так? Я хочу до своих мест с нашей армией дойти, чтобы повоспитывать. Жестко, на лавке с нагайкой, так, чтоб с первого удара кожа лопнула.

— А вас когда-нибудь нагайкой били?

— Было дело. За одного казака заступился, взял его на поруки, а он обманул, подвел. Вот за это я и получил справедливое наказание.

— А что вы думаете про украинцев? Что им головы задурили? — спрашиваю я.

— Нет, они сознательно воюют. Они стали верить в сатану. Они люди без Бога.

— Но не может целая нация заболеть сатанизмом!

— Еще как может! Как можно было церкви разграбить и пожечь, отцов повыгонять, все состояние Украины вытащить и продать?! Страшно не здесь, на фронте. Страшно то, что сейчас на Украине творится. Деды наши сложили головы в Великую Отечественную, погибали в каждом поселке и городе на Украине, в России и в Белоруссии. Сколько их полегло! Им поставили памятники на братских могилах, им подносили цветы и выказывали уважение. В чем виноват воин, который лежит там? А украинцы им все памятники посносили. И в моей Виннице все снесли. Кто ж они по-вашему?

— Дикари, — отвечаю я.

— Верно. Мы идем этих зверей трошки приструнить. Против меня два моих сына воюют в ВСУ, Денис и Юра. Они знают, что против отца воюют. Мне часто задают вопрос: а если ты с ними встретишься в бою, что сделаешь? Отвечаю: если поднимут автоматы, застрелю. И палец у меня не дрогнет, и глаз не моргнет. Если опустят оружие, тогда посмотрим.

Я молчу и вздыхаю. Тяжело.

— Вы ж все-таки отец, — тихо говорю я. — Но прямо какой-то Тарас Бульба. «Я тебя породил, я тебя и убью». Вы же их маленькими на руках держали.

— Держал, и учил, и воспитывал, и дал высшее образование, и все хозяйство оставил. Но говорить с ними бесполезно. Даже моя родная сестра заявила мне: мы зайдем в Крым и всех вас вырежем. Как я должен на это смотреть? Нет, я резать не буду. Я, когда до Винницы дойду, нацистов казнить буду на площади, чтоб каждый шел и видел. Для воспитания. Вот тогда будет дисциплина и порядок, как у Сталина. Он единственный правильно воевал. И у Тараса Бульбы были победы, потому что жестко людей воспитывал. Почему у меня в роте порядок? Есть правила, дисциплина и вера в Бога.

— Вы верите в победу? — спрашиваю я.

— Я не просто верю. Я знаю. Я планирую до Европы дойти, но только до Берлина — это мелко. До Берлина деды наши дошли. Сильно распаскудились мы с европами этими. У них был выбор: усадить украинцев за стол переговоров и направить их к миру. А что европейцы сделали? Напичкали Украину дронами и снарядами, устроили мясорубку, а за это придется держать ответ. Европу и Запад надо наказать за подлость.

В гостях у артиллеристов казачьей бригады «Волга»

Вот скажите: где прошла Америка, там цветы цветут или руины остались? Спросите Сирию, Ирак или Афганистан. Вот русские воевали в Афганистане и оставили после себя школы, дороги, больницы. А что Америка оставила, кроме баз и развалин? Ничего. А Европу мы наставим на путь истинный и вернем к вере.

— А не поздно ли?

— Не поздно. Народ — это стадо. Куда повернешь, туда и пойдет.

— А почему у вас одна серьга в ухе?

— Потому что я последний в казачьем роду, крайний, — вздыхает ротный Озеро. — Сыновья не пошли по моим стопам.

— Да что ты, атаман, — зашумели растроганно казаки. — Ты, батя, нам как отец, а мы — твои дети. Ты всегда впереди, не просиживаешь штаны в штабах. И не допустим мы твоей гибели.

Ротный Озеро от души смеется:

— Ну, значит, не крайний я в роду. Вон сколько у меня детей. Целая рота!

«Мы — орда, и в этом наша сила»

Времена нынче буйные и стремительные настолько, что не успеваешь осмыслить: что же на белом свете делается. События сейчас обгоняют идеи, но страна остро нуждается как раз в свежих объединяющих идеях, в создании новой идеологии и философии. Общество нужно поднимать от обывательского сознания до сознания общенационального. А как это сделать? У атамана Севастополя полковника Андрея Полуханова с позывным Кречет, основателя батальона «Скиф», такая идея есть. Этот массивный, как дуб, человек, прошедший не одну войну, страстно увлечен единой культурой скифского мира.

— Скифский мир является золотыми скрепами для всего евразийского народа, — доказывает атаман. — Это грандиозная и большая общность, оставшаяся в преданиях. Более ста курганов отрыты от Балтики до Дальнего Востока, и все азиатские и кавказские культуры имеют общие генетические маркеры и осколки культуры скифов. Наукой доказано: мы — единый народ. Мы — евразийцы.

— Но это значит, Андрей, что мы возвращаемся к Орде?