Читаем Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны полностью

Важным фактором сохранения наследия являлись создатели и исполнители военных песен, а также слушатели, которые берегли их в своей памяти. В победу над фашистами музыканты внесли, по сравнению с другими артистами, возможно, наибольший вклад, доказав социальную значимость своего труда и войдя в наиболее привилегированный слой послевоенного общества [Tomoff 2006: 64]. Марк Бернес всегда будет ассоциироваться с «Темной ночью», которую исполнил в популярном фильме. Публика знала композиторов некоторых песен, а певцов связывала с определенными произведениями. Даже когда популярные исполнители, такие как Русланова или Козин, временно исчезали из поля зрения, потому что потеряли расположение Сталина и были арестованы, публика не забывала песни, за которые их полюбила. Долговечность песни, следовательно, зависит не только от слов или музыки, но и от исполнителя. И даже если он исчез из публичного пространства, выпал из системы, заболел или умер, публика ассоциирует певца с его песнями и хранит в памяти эти ассоциации.

Функции песен

Во время войны функции песен – мобилизующая, исцеляющая, осмысляющая и увековечивающая – являлись предметом компромисса между партией и народом, и он был достигнут между государственными учреждениями культуры и индивидуальными предпочтениями. Первоначальная установка государства, которая заключалась в том, что песни должны возбуждать в людях ненависть, жажду мести и поднимать армию в бой, натолкнулась на точку зрения солдат, которые полагали, что ненависть и борьба и без того на фронте постоянно присутствуют, и от песен ждали чего-то иного. Солдаты нуждались в надежде на возвращение домой, к любимым, и в передышке от ужасов войны.

К концу войны песни изменились. Во многих зазвучали темы тоски по дому и по погибшим товарищам. Сталин, военные успехи и даже победы воспевались редко. А если и воспевались, то всегда с оттенком горечи, с мыслью о потерях, ценой которых добыта победа.

Во время войны люди выражали пожелания, какие песни им нужны, а песни, в свою очередь, формировали взгляд людей на войну и на самих себя. Воинская часть, которая удостоилась собственной песни, исполняла ее с гордостью, как награду за храбрость и самопожертвование перед лицом врага, ощущая при этом единение, которое сплачивало всех. Услышав эту песню позже, бывшие однополчане вновь ощущали это единение, воспоминания оживали и восстанавливалась прежняя идентичность. Бойцы некоторых частей в течение многих лет встречались в День Победы и вновь вместе пели песни военных лет.

Воздействие песни на слушателей во многом определялось ее текстом. Какова бы ни была реальность, слова обычно внушали надежду. Например, в песнях «Давай закурим» или «Где же вы теперь, друзья-однополчане», написанных ближе к концу войны, повествование перенесено уже в мирное будущее, в эпоху «после войны». Подразумевается, что лирический герой остался в живых и оглядывается назад. В стихах говорится о том времени, когда бойцы снимут шинели и будут доставать их только в память о войне. Часто песня заверяет, что дом, очаг и любимая ждут солдата, или, как песня «Вася-Василек», выражает уверенность, что, хоть любимая и не дождалась, все равно «если сердце горячо, девушка найдется». Встречались песни и воинственные, заряженные жаждой мщения, например «Пять пуль» или «Заветный камень». Слова о надежде, любви, победе и будущей жизни давали растерянным, раненым, разлученным с любимыми людям возможность собраться с силами, залечить раны, представить будущее, в котором есть дом, дети, а главное – мир. В песнях шла речь о базовых человеческих ценностях.

Важной чертой песенных текстов являлась искренность при обсуждении серьезных тем, таких как смерть или поражение. В песне «В лесу прифронтовом» солдат говорит о том, что ему, возможно, «придется в землю лечь». Такие песни, как «Вечер на рейде», «Песня о Днепре», «Прощайте, скалистые горы», честно признают, что родную землю пришлось отдать врагу. Когда наступила победа и выжившие вернулись домой, люди, успевшие полюбить эти песни, видели в них символ победы и память об утратах. В конце концов, тексты песен подразумевают, что каждый человек, который сражался и страдал, ценен именно потому, что он сражался и выжил. Таким образом, эти песни, которые люди называли своими во время войны, после войны превратились в коллективном сознании в символ победы, который отдает дань каждому, кто прошел через горнило.

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

111 опер
111 опер

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает традицию СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° В«50 опер» (в последующих изданиях — В«100 опер»), задуманного более 35 лет назад видным отечественным музыковедом профессором М. С. Друскиным. Это принципиально новый, не имеющий аналогов тип справочного издания. Просвещенным любителям музыки предлагаются биографические сведения и краткая характеристика творчества композиторов — авторов опер, так и история создания произведения, его сюжет и характеристика музыки. Р' изложении сюжета каждая картина для удобства восприятия выделена абзацем; в характеристике музыки определен жанр, указаны отличительные особенности данной оперы, обращено внимание на ее основные СЌРїРёР·РѕРґС‹, абзац отведен каждому акту. Р' СЃРїРёСЃРєРµ действующих лиц голоса указаны, как правило, по авторской партитуре, что не всегда совпадает с современной практикой.Материал располагается по национальным школам (в алфавитном порядке), в хронологической последовательности и охватывает всю оперную классику. Для более точного понимания специфики оперного жанра в конце книги помещен краткий словарь встречающихся в ней музыкальных терминов.Автор идеи М. ДрускинРедактор-составитель А. КенигсбергРедактор Р›. МихееваАвторский коллектив:Р". Абрамовский, Р›. Данько, С. Катанова, А. Кенигсберг, Р›. Ковнацкая, Р›. Михеева, Р". Орлов, Р› Попкова, А. УтешевР

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева

Культурология / Справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза