Читаем Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны полностью

Она стала средоточием чувств и настроений народа. Мобильность, поразительная отзывчивость песни на большие и малые явления жизни определили ее исключительно важное место в искусстве той поры. Песенное творчество пережило невиданный расцвет. Песни А. В. Александрова, В. Соловьева-Седого, М. Блантера, Б. Мокроусова, А. Новикова, Т. Хренникова, В. Захарова, Дм. и Дан. Покрассов и многих других талантливых мастеров навсегда вписались в музыкальную летопись войны. Они и поныне восхищают нас, служат образцом для современных авторов. Без песен, созданных в годы войны, мы не представляем себе тех памятных лет (Коммунист. 1975. № 7. С. 39–40). Цит. по: [Скороходов 1982: 69].

Связь между военными песнями и пережитыми эмоциями настолько сильна, что сохраняется после войны. Когда люди, пережившие войну, слышат песню тех лет, их захватывают воспоминания, часто со слезами на глазах, потому что они думают о тех, кого любили и потеряли, о той цене, которая заплачена за победу, о тех жертвах, которые принес народ. Песня – символ самопожертвования и связи между людьми, жившими в то время. Кроме того, все люди, которые помнят войну, с какой бы гордостью ни говорили о подвигах, с какой бы нежностью ни вспоминали друзей, выражают горячую надежду, что война больше никогда не повторится. Под «позитивными переживаниями» люди, пережившие войну, подразумевают понимание единства цели, готовность к самопожертвованию ради ближнего, взаимную поддержку, пренебрежение материальным благополучием. Это тот высокий человеческий идеал, который в какой-то мере был достигнут во время тяжелейших испытаний. Возможно, воспоминания об этих переживаниях служат эталоном того, как людям следует строить отношения между собой и в мирное время, что продлевает жизнь песням, которые воплощают этот идеал.

Глава 7

Военные песни как культурное наследие[43]

К концу Второй мировой войны в Советском Союзе был создан корпус песен, получивших название «песни военных лет». Как говорится в главе 1, число их было велико, сотни песен возникли либо впервые, либо на основе известных мелодий. Они прошли через многоступенчатый отбор широкой публики и официальной цензуры, через перемены политического курса во время войны и после, они уцелели в этих суровых условиях, чтобы получить статус наследия военных лет, признанного государством и народом. В военное и послевоенное время эти песни обуславливали восприятие войны и психологическую реакцию на нее, способствуя вместе с тем формированию идентичности слушателей. Чтобы понять, почему эти песни оказывали такое длительное воздействие на общество, необходимо учесть несколько факторов.

В заключительной главе рассматриваются различные факторы, значимые для бытования этого наследия за прошедшие 75 лет. Одним из факторов являются сами песни, содержание которых порождало отклик у слушателей и часто вызывало коллективный резонанс. Тексты песен имеют решающее значение для передачи посланий о войне. Мелодия также оказывает воздействие на физиологическом уровне, что может вызвать эмоциональную и физическую реакцию. Более того, от удаленности войны во времени и пространстве зависит, что люди ищут в песнях и как на них реагируют.

Публика

Состав песенной аудитории является неоднородным. Можно выделить несколько поколений: поколение тех, кто застал войну, поколение их детей и второе послевоенное поколение. Каждое поколение характеризуется собственными языком, восприятием, реакцией и интерпретацией войны, которые отличают его от других поколений. При всех индивидуальных различиях люди одного поколения имеют общую идентичность, которая проявляется психологически, эмоционально, иногда телесно и обусловлена определенным опытом, ограниченным во времени [Wolfe 2006: 253]. Иногда этот опыт не коснулся их напрямую.

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

111 опер
111 опер

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает традицию СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° В«50 опер» (в последующих изданиях — В«100 опер»), задуманного более 35 лет назад видным отечественным музыковедом профессором М. С. Друскиным. Это принципиально новый, не имеющий аналогов тип справочного издания. Просвещенным любителям музыки предлагаются биографические сведения и краткая характеристика творчества композиторов — авторов опер, так и история создания произведения, его сюжет и характеристика музыки. Р' изложении сюжета каждая картина для удобства восприятия выделена абзацем; в характеристике музыки определен жанр, указаны отличительные особенности данной оперы, обращено внимание на ее основные СЌРїРёР·РѕРґС‹, абзац отведен каждому акту. Р' СЃРїРёСЃРєРµ действующих лиц голоса указаны, как правило, по авторской партитуре, что не всегда совпадает с современной практикой.Материал располагается по национальным школам (в алфавитном порядке), в хронологической последовательности и охватывает всю оперную классику. Для более точного понимания специфики оперного жанра в конце книги помещен краткий словарь встречающихся в ней музыкальных терминов.Автор идеи М. ДрускинРедактор-составитель А. КенигсбергРедактор Р›. МихееваАвторский коллектив:Р". Абрамовский, Р›. Данько, С. Катанова, А. Кенигсберг, Р›. Ковнацкая, Р›. Михеева, Р". Орлов, Р› Попкова, А. УтешевР

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева

Культурология / Справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза