Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны

Дорогая Ирма Петровна! Тогда казалось, что все уже кончено, не видно просвета, не хватает сил, чтобы продолжать жить. <…> Нам, истощенным от голода, казалось, что наши силы на исходе. Я легла, чтобы больше уже не встать, у меня не было сил просто шевельнуться. <…> И вдруг необычное пощелкивание в радио, какое-то движение, и полилась песня – ласковая, добрая, голос, который пел, был удивительно проникновенным, таким хорошим и родным! «Мама, ведь это жизнь! Жизнь, мама! Надо жить, будем жить», – услыхала я голос дочери. <…> Так, дорогая Ирма Петровна, Вы своей песней вернули нас к жизни [Лобарев 1994: 393–394].

Это единственное обнаруженное упоминание об Ирме Яунзем в Ленинграде в марте 1943 года, после самого тяжелого периода блокады, из него неясно, передавали ли по радио живое выступление певицы, или проигрывали пластинку. Так или иначе, музыка вернула женщине-ленинградке и ее дочери силы, чтобы бороться за жизнь. Нельзя назвать точное число подобных случаев, но этот пример крайне показателен. Роль музыки как средства, которое восстанавливает силы, укрепляет волю к жизни или облегчает смерть, прекрасно характеризуют слова молодой артистки, которая часто выступала в госпиталях. И. Шапошникова, участница концертной бригады ГИТИСа, писала:

Мы играли и пели без устали, без жалоб на мороз, а взамен получали неоценимую награду – улыбку страдающего человека. И может быть, именно здесь, на рубеже жизни и смерти, мы, еще совсем молодые ребята, в свои двадцать лет впервые почувствовали сердцем истинный смысл искусства – великого целителя человеческого духа. <…> Именно тогда я ощутила, что моя работа нужна, даже необходима. Прошло сорок лет работы в театре, были большие, интересные роли, был даже успех, иной раз и сама получала радость, удовлетворение (хотя и не часто), но за все эти годы ни разу с такой щемящей силой не пришло ко мне ощущение этой нужности, необходимости. Наверное, это закономерно. В обстоятельствах экстремальных, в условиях особых, во время великих испытаний и великих побед духовные силы человека не только возвышены, но и обнажены, ничем не защищены, поэтому, видимо, человек так и открыт восприятию [Сахарова 1985: 41].

Искусству и особенно музыке дано было исцелять людей различными способами. Детям музыка помогала унять свои страхи, справиться с одиночеством, пережить потери и потрясения. Тем, кто сражался на фронте или трудился в тылу, музыка придавала сил. Мужчинам и женщинам она помогала снять напряжение, вспомнить родной дом и близких. Боль и страдания, которые люди испытывали из-за того, что творится вокруг, музыка преобразовывала в гнев и ненависть, которые поднимали на борьбу. Спектакли и концерты, трансляция песен по радио, художественная самодеятельность – все это переносило слушателей, независимо от возраста и географического положения, в другой мир, хотя бы на несколько минут. Люди могли общаться через танец или песню, делить друг с другом свои чувства, будь то радость или горе. Они вспоминали, что вправе гордиться собой и своим народом вне зависимости от того, каково положение на фронте – блестящее или тяжелое. В 1975 году Шостакович, оглядываясь назад, писал о песне военных лет: