Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Когда он отправлялся в паломничество или собирался посетить места, где были расположены символы тела, речи и ума, то посвящал всё своё время простираниям и совершению традиционных обходов вокруг святых мест и реликвий, никогда не выказывая усталости или скуки. В этом он напоминал мастеров кадам. Он искренне восхищался этой традицией.

Кхьенце Чокьи Лодро никогда не заказывал для себя очень дорогих предметов, необходимых для повседневной мирской жизни, – чего-то такого, чтобы было бы сделано из серебра или золота. Он предпочитал использовать те вещи, которые были легко доступны в лабранге. И точно так же он никогда не приобретал современные машины или устройства из Центрального Тибета или Индии. Он всегда придерживался дисциплины обычного отшельника, в точности как его предшественник Владыка Кхьенце Вангпо. Он старался осуществлять свою активность так, чтобы не привлекать особого внимания. Это касалось всего – его одежды, раздачи оберегов и собственноручной раздачи пилюлей амриты, его трапез и используемых им предметов.

Ему не нравилось, когда устраивали шумиху на пустом месте, подобную тому, какая описывается в истории о зайце, напугавшем других зверей в лесу криками «Небо падает на землю!», после того как он увидел в пруду всплеск воды от упавшего с дерева плода. Он также никогда не поощрял бестолкового, опасного для окружающих поведения и, конечно, хвастовства и бахвальства.

Всем было заметно сияние его заслуг и духовной силы, источником которой было пламя внутренней медитации, и все, кто встречал его, будь это даже очень влиятельные и могущественные люди, сразу ощущали искреннюю преданность и восхищение и вели себя подобающе скромно. Его удивительный характер, харизма и сияние совершенных качеств оказывали такое сильное воздействие на людей, которые его окружали, что их преданность со временем только возрастала – тем больше, чем ближе они становились.

Когда он проводил какую-либо церемонию на благо и процветание страны или покровителей Дхармы, это были или ритуалы умиротворения, или ритуалы возрастания благосостояния. Всё, что он делал, он делал исходя исключительно из благих устремлений приносить другим живым существам пользу, не принимая во внимание собственную выгоду. Его активность, направленная не благо учений и живых существ, всегда приносила ощутимые результаты, и он совершал бесконечные подношения и без конца раздавал подарки. Однако он никогда этим не гордился и не привязывался к своим достижениям. Он никогда не нахваливал себя, если ему удавалось осуществить какие-либо добродетельные деяния.

Когда его просили о помощи в каких-нибудь мирских делах или личных проблемах, то он всегда давал прямой совет и действенные наставления. Все эти советы и наставления приносили в дальнейшем просящим ощутимую пользу и при этом всегда оставались в согласии с Дхармой, опираясь на добродетель и дисциплину. Так Кхьенце Чокьи Лодро помогал людям в их повседневной жизни. Его советы всегда были к месту. Как сущностные советы, так и подробные наставления всегда были основаны на его личном опыте и идеально срабатывали для конкретной ситуации конкретного человека.

Кхьенце Чокьи Лодро не делал предсказаний как таковых, но в зависимости от того, насколько человек ему доверял, предлагаемый им совет часто оборачивался доказательством того, что он обладал способностью предвидеть будущее.

Поскольку ему было крайне неприятно даже краем уха услышать что-то, что могло привести к расколу среди последователей Будды либо навредить учениям или привести к их исчезновению (к такому обычно приводят разговоры тех, кто привязан к своим собственным взглядам и, не обладая гибкостью ума, испытывает презрение к мнению других), никому и в голову не приходило вести при нём подобные разговоры.

Каждый раз, когда возникала такая необходимость, Кхьенце Чокьи Лодро мог сделать что-то, чтобы устранить ошибки в поведении и скрытые недостатки других людей, порой довольно известных и могущественных, и вернуть их на правильный путь.

Молодым практикующим, которые приходили к нему за советом, он обычно говорил так: «На этом этапе, пока вы молоды, скорее всего, вас будут сильно отвлекать объекты желания. Но если вы сумеете закончить предварительные практики тренировки ума, будете изучать тексты, в которых проводится анализ закона причинно-следственной связи, а потом размышлять о прочитанном снова и снова, то обретёте способность успокоить ум и взять его под контроль». Общаясь с такими практикующими, он всегда сохранял ум в расслабленном состоянии, и подобное общение становилось для них источником вдохновения. Во время таких разговоров он позволял себе множество забавных безобидных шуток, но никогда не опускался до высмеивания кого-либо и тем более до высокомерного отношения к начинающим. Таким образом, когда начинаешь рассуждать о том, как Кхьенце Чокьи Лодро относился к другим людям, будь это непосредственное наблюдение или косвенное[199], то становится очевидно, что он в совершенстве освоил практику отречения и зарождения бодхичитты.