Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Кхандро рассказывала, что даже во время путешествия в Сикким Ринпоче непрестанно переживал по поводу ситуации в монастыре Кхатог. Цеджор упоминал, что Ринпоче трепетно относился ко всем аспектам Дхармы Будды. Если он узнавал, что в каком-то монастыре возникли какие-то проблемы, то всегда принимал это близко к сердцу, вне зависимости от того, с какой школой или линией эти проблемы были связаны. Всё это приводило к тому, что он редко пребывал в безмятежном расположении духа.

Прямо перед отъездом Ринпоче в Лхасу Дриме Шингкьонг (нынешнее, а не предыдущее перерождение Шингкьонга) вернулся в Кхатог из Конгпо. Узнав об этом, Ринпоче напомнил о своём намерении:

– Завтра же я проверю содержимое шкатулки, и, если чего-либо там не досчитаюсь, его ждёт порка!

ПОСЛЕДНИЙ ВИЗИТ ЧОКЬИ ЛОДРО В МОНАСТЫРЬ КХАТОГ

После того как ушёл из жизни Кьяла Шингкьонг, предыдущее перерождение Дриме Шингкьонга, его брат и казначей отправились в Китай, прихватив с собой множество ценных вещей. Этим поступком они сильно разозлили членов клана Трепа Цанг, которые восприняли это как кражу собственности монастыря Кхатог. Они пустились в погоню и, настигнув беглецов, отняли у них всё, что у тех было с собой. С того момента эти два клана – Трепа и Шингкьонг – стали враждовать между собой. Их спор о разделе имущества был таким яростным, что его никто не смог бы разрешить.

Как-то раз, когда Чокьи Лодро давал передачу цикла «Драгоценность учений терма», этот конфликт вызвался уладить Шечен Рабджам. На протяжении пятнадцати дней он выслушивал позиции сторон и долго консультировался с членами обоих кланов. У каждого участника конфликта была возможность высказать свою точку зрения на проблему, но никто из них не осмелился обратиться напрямую к Кхьенце Ринпоче. В конце концов был вынесен вердикт, согласно которому Трепа должны были не просто вернуть всё, что отняли у Шингкьонга, но вдобавок к тому ещё и выплатить компенсацию за оскорбление членов этого клана. При этом клану Трепа было разрешено остаться в монастыре Кхатог. Таким образом конфликт был разрешён, однако впоследствии эти два рода всегда относились друг к другу с неприязнью.

Гораздо позже, когда Кхатог Ситу Янгси был ещё совсем молод, а в монастыре Кхатог царил упадок, эта неприязнь вылилась в открытый конфликт. Как-то раз молодая невеста одного из представителей клана Трепа со своей матерью и свитой – разодетые в лучшие наряды и украшения – присутствовали на празднестве Цечу. Заметив их, ряженые, принимавшие участие в представлении, наполнили духовые инструменты землёй, и когда во время исполнения танца Гинг пришло время дуть в трубы, молодую девушку и её свиту с головы до ног засыпало землёй. Для клана Трепа это было настоящее унижение. Мужчины клана были взбешены, и всё кончилось тем, что они отрезали уши одному из ряженых.

Кхатог Ситу Янгси и сам Чокьи Лодро, узнав о происшествии, оба пришли в негодование. Именно после этого случая Чокьи Лодро перестал посещать монастырь Кхатог. Он больше не принимал участие в жизни монастыря, как делал это раньше. Однако он успел сделать для монастыря Кхатог много полезного.

5. Основание шедры Кхамдже

Яслышал упоминание о том, что Кхьенце Чокьи Лодро постоянно ездил по окрестностям, чтобы собирать подношения, но в действительности это неправда. После того как в тринадцать лет он закончил курс обучения, его отправили в монастырь Кхатог собрать подношения в Хоргоке и Дзачукхе, а из автобиографии Ринпоче можно узнать, что он заезжал с такой же миссией ещё и в королевство Линг. Однако кроме этих двух поездок, насколько я знаю, была лишь ещё одна, которую он предпринял в возрасте двадцати трёх лет (1916). Он тогда собирал средства на строительство шедры Кхамдже в монастыре Дзонгсар.

Однажды ночью – это была ночь полнолуния на пятнадцатый день нового года – Ринпоче нарисовал детальный план будущего здания шедры. По современным меркам это был небольшой комплекс обычных строений, однако для того времени этот проект считался чрезвычайно претенциозным. Ринпоче посетил предполагаемое место строительства, чтобы рассчитать площадь, которую займут здания будущей шедры. Его сопровождал ньерпа лабранга Кхьенце. Закончив замеры, они отправились в хранилище лабранга, чтобы оценить, хватит ли средств на осуществление задуманного проекта. Однако в «сокровищнице» они обнаружили лишь две коробки чая, семь или восемь мешков ячменя, а также небольшой круг масла.

– Похоже, наша казна практически пуста, – глубокомысленно заметил старик ньерпа. – Не понимаю, Ринпоче, на что вы надеялись, затевая такой грандиозный проект?

– Я собираюсь сам поехать и собрать необходимые средства, – ответил тот. – С деньгами проблем не будет.