Еду в Магадан. Безумное путешествие из Петербурга до Крайнего Севера

Чем ближе наша казанка подплывала к населенному пункту, тем яростнее встречал нас лай собак. По количеству их голосов мы строили предположения о населении этой деревни. Из-за отсутствия дополнительного освещения мы лишь строили догадки о масштабах деревни, но количество моторных лодок на берегу давало косвенное представление о том, что село живет весьма хорошо.

КАК ЧАСТО БЫВАЕТ, ЖИЗНЬ САМА ВСЕ РАССТАВЛЯЕТ ПО МЕСТАМ.

– Ну что. Время вроде не позднее… Может, попробуем найти знакомых нашего капитана? Если в этом доме, конечно, свет горит. И скажем, что у нас палатка есть, просто поздороваемся.

Мы оставили лодку по соседству с другими ее сородичами и отправились на поиски нужного дома.

– Так, вот этот по счету четвертый.

– А он точно сказал четвертый? Не пятый?

– Вроде четвертый. В пятом света нет, а в четвертом горит что-то.

– Ну, давай попробуем.

Я постучала в дверь. Чувство неудобства перед совершенно незнакомыми людьми уже заранее мной овладело. Еще не было слишком поздно, но кромешная уличная тьма будто подсказывала, что гостевое время уже вышло. Тем более для незнакомцев.

– Может, пойдем? Как-то неудобно.

– Тсс. Кто-то идет.

Мы замерли и сквозь лай собак прислушивались к звукам дома и его домочадцев.

– Кто там? – Из-за двери послышался голос женщины.

«Ну все. Теперь точно стыдно. Не дай бог, если разбудили ее! Надо было утром стучать!»

– Извините, пожалуйста, что так поздно. Нас зовут Наташа и Леша. Путешествуем на лодке по реке Лене. Вот утром встретили Виктора и Ларису на танкере. Они про вас рассказали…

– Кирилл! Тут к нам гости! – прокричала женщина в сторону дома, открывая дверь и перебивая мой рассказ. – Да что там стоите как не свои? Заходите в дом. Только вчера Витя у нас был!

Мы неторопливо зашли, и я добавила:

– Мы только что причалили. У нас палатка, все есть. Мы с вами просто поздороваться зашли…

Но меня никто не слушал.

– Да будьте как свои, проходите в дом, что в темноте-то стоять. Кирилл, Ваня! Ну где вы там? Ставьте чайник. Путешественники приехали.

Своим появлением мы нарушили покой этого дома. Я всячески старалась не думать о городском представлении о незнакомых гостях посреди ночи. Но это было сложно.

«Они нас даже не знают, но с порога так относятся. Как это удивительно!»

Мы с первых слов будто были давними знакомыми этой семьи. Они приняли нас так по-домашнему.

– Садитесь за стол. Как дома будьте, че вы, – сказал Иван, улыбаясь и протягивая руку для приветственного рукопожатия.

В кухне было тепло, и я старалась раствориться в добродушии этой семьи.

– Мы завтра пойдем рыбачить, да ружье надо проверить. Вы с нами? А днем еще днюха будет в селе у приятеля, заочно вас приглашаем. А вообще оставайтесь сколько хотите! Дом гостевой хоть и строится еще, но жить можно. Куда вам спешить?

Создавалось приятное ощущение, будто мы здесь свои, и я даже немного позавидовала своей фантазии. Мол, я, местная жительница Коршунова, а это Леша, мой жених (допустим), и мы зашли по старой доброй традиции к нашим соседям, чтобы обсудить насущные деревенские проблемы.

Запись в дневнике в ночь с 22 на 23 августа. Село Коршуново.

«Нас так гостеприимно встретила Мария и ее сыновья! Они нас приняли и выделили целый дом! Будем спать с Лешей в их зимнем гостевом доме на окраине села. Я пишу, подсвечивая себе фонариком от телефона. Леша включил песню, под которую делал свои сакральные дела на корме лодки. All about us. Эх… Люди здесь невероятные. Попросили нас остаться! Завтра в селе какой-то праздник, и сказали, что баньку затопят. А главное – я смогу завтра позвонить маме с таксофона с 9 до 12, когда свет дадут, а то потом до Витима (это где-то 240 км) вообще не будет никакой связи…»

Дальше в записях блокнота шло детальное перечисление еды, которая у нас была раскидана по пакетам, и то, чем мы ужинали в деревне. Видимо, о чем душа наиболее остро болела, о том я и писала.

«Сегодня наелись! Салат, (эта фраза подчеркнута внизу ручкой), арбуз! Чай пили, печеньки ели. Ура. Теперь я смогу нормально поспать».